Я пишу вам это письмо в четыре часа утра. Минуту назад от меня вышли два моих друга. Я настолько возбуждена от того, что только что произошло, что не могу ждать, и хочу всё рассказать именно сейчас. Сегодняшняя ночь была самой буйной за всю мою жизнь. Я думаю, что читателям вашей газеты понравится мой рассказ. Виновником

В Москву Антон уезжал поездом. Самолетом не позволили лететь родители — опасно и опять же дороговато, не совсем по карману. Вечером его провожали всей семьей — отец, мать, бабушка и сестренка. Пожелали удачи, посидели в купе, помолчали, мать еще раз напомнила, чтобы звонил как только доберется, затем помахали руками с перрона, бабушка всплакнула, и поезд

Я познакомился с ним совсем недавно. Он пришел ко мне на работу, чтобы получить кое-какую деловую информацию, мы разговорились и долго не могли остановиться. Звали его Гена. Симпатичный мужчина, 37 лет, брюнет, одет очень скромно, но вид имеет очень приятный и солидный. Его голубоватые глаза с искоркой задора просто не дают мне покоя. Их взгляд

Вообще-то по научному правильно называть его куннилингус. Но мне легче сделать то действие, которое это слово обозначает, чем его без запинки произнести. Какой-то мохнатый ус еще в конце торчит. Почему один, может, лучше будет читать куннилигусы, но это вообще как-то по-казахски получается. Нет, уж позвольте мне произносить это слово просто и красиво, как я привык

Я сижу и жду… Чего я жду? Когда ты приедешь домой, я смогу позвонить тебе… Зачем? Опять смогу слышать твой голос, чувствовать твое дыхание… Неужели мне это надо? Да, и я уже не могу без этого… Я сижу, слушаю чей-то плач под музыку — это то, что мне хочется сейчас слышать… Бред… Я сижу, уткнув

Наконец, все осталось позади: пуританин отец, строгая набожная мать, раздражительный, вечно "под мухой" старший брат… И эти бесконечные, до боли родные, раскисшие от осенних дождей поля, раздолбанные грунтовые дороги, унылые серые фермы с тоскливо мычащими буренками. Лишь дубовая роща на берегу реки, много веков назад считавшаяся священной и могучий племенной бык Алеф — неповоротливый, похотливый,

Первый раз это было год назад в Чехии. Мы там катались на лыжах, а после катания все шли в сауну. Сауны у них общие — все вместе и мужики, и бабы, и дети соответственно. Обычно все ходили вечером, а я как-то притомился днем и вместо горы пошел расслабиться. Там никого не было, я раздеваюсь возле

Алле исполнилось семнадцать, когда ей в руки попала книжонка, популярно растолковывающая азы половой жизни. Помимо текста в брошюре были искусно выполненные рисунки, изображающие мужчину и женщину в самых разнообразных позах. Подписи под ними гласили: эта поза предельно сужает вход! Или: в этом положении проникновение возможно наиболее легко! Алла со смущением pазглядывала эти картинки, силясь представить

Лиза тихонько освободилась от объятий брата и поднялась с кровати, оставив его спящим. Она остановила пристальный взгляд на своем обнаженное теле прежде чем натянуть шорты на свою талию. Не надо было беспокоиться, что внезапно вернутся их родители и увидят его лежащим обнаженным на кровати, выставив на показ свой большой член. Лиза вспомнила, как они впервые

Самое прекрасное удовольствие, которое я получал когда-либо от онанизма, было в то время, когда мне было 19 лет, в моей подруге 18. Она не хотела расставаться со своей девственностью, и мы вынуждены были дрочить друг дружку. Мы занимались этим уже около 3 месяцев, и это нам порядком начало надоедать. Нам было хорошо, просто замечательно, но

Наступила осень, пора хотя и грустная, но почему-то всегда любимая мною. Тот день выдался на удивление теплый и солнечный, я полдня в одиночестве гулял по городу, а вечером решил побыть дома. Только включил телевизор, как раздался телефонный звонок. Звонил Сергей, мой старый приятель. Говорил он, как всегда, очень быстро, захлебываясь, на одном дыхании, и я

Однажды, когда я был ребенком, я пошел прогуляться, и вдруг мне почудилось, что я стою на краю утеса и вот-вот упаду. Я был поражен. Мне казалось, это какое-то чудо, потому что я сознавал: "вокруг равнина", но потом пристально смотрел на утес, и он не исчезал. Я бросился прочь. Когда я бегу, я чувствую себя маленьким

Они встретились неподалеку от воинской части… Сразу же за казармами, в небольшом перелеске, после дождей появлялись целые выводки сыроежек. Ломкие и хрупкие, они не представляли особой ценности для настоящего грибника. Но если их аккуратно укладывать в плетеную корзину, то вполне можно было донести домой — целыми и невредимыми. Мальчик любил собирать сыроежки. Солдат не любил,