Трусики

— Наташка, какая ты счастливая…
Девочки всем отделом окружили стол Натальи и вырывали друг у друга что-то разноцветное и невесомое. В глазах — только зависть и жажда обладания! Виктория Сикрет… Мужчинам не понять…

Жених Наташки по работе часто бывал в Штатах и баловал невесту гостинцами из-за океана. Вчера он превзошел себя – сделал ей к свадьбе подарок, шикарный комплект белья цвета топлёного молока и ворох разнообразных трусиков, всех расцветок и форм, от кружева, атласа и шелка рябило в глазах.

Охи и ахи восторженных почитательниц нижнего белья разбудили зверя – дверь в кабинет директора отворилась и появился Сам…
— У меня совещание, а вы галдите, как куропатки, вон отсюда!

Девочки неорганизованной толпой кинулись в рассыпную, и Наталья осталась в одиночестве, глупо комкая в ладошке ярко-фиолетовые стринги. Под тяжелым взглядом директора она побагровела и безвольно разжала ладонь. Шелковая тряпица беззвучно опустилась на стол, как раненая птица. Дверь захлопнулась…

К вечеру девушка повеселела и забыла об утреннем инциденте, ведь впереди встреча с любимым Лешкой, Лешиком, Алексеем. Он весь день развлекал ее похотливыми смсками, которые сулили неземные блаженства не далее, как этой ночью. Эта переписка её так распалила, что между ног бушевало пламя, а голос предательски дрожал, когда она отвечала на бесконечные телефонные звонки.

Очередная смс от любимого вывела девушку из равновесия. Он просил ее надеть подаренные трусики, запереться в туалете и сфотографировать себя. Это было так неожиданно и совершенно на него не похоже. Обычно их сексуальные игры вне спальни ограничивались описаниями того, что они хотели бы сделать друг с другом при следующей встрече. А тут такое… Сама мысль о том, что вот сейчас она, скромная в общем то девушка, будет вытворять нечто подобное прямо на рабочем месте – делала Наташу в собственных глазах очень развратной… Это было… как то пошло, даже грязно наверное, но почему то ужасно возбуждало…

Ната осторожно засунула руку в верхний ящик стола и не глядя вытащила трусики, незаметно засунула их в карман, захватила телефон и прошмыгнула в туалет. Сердце гулко стучало, ей казалось что все, кто попадается ей на пути – догадываются о том, куда она направляется и даже! Что она там собирается делать…

Наконец дрожащими руками она заперла за собой дверь и совершенно обессиленная привалилась к ней спиной. Отражение в зеркале ее немало удивило – глаза лихорадочно блестят, щечки раскраснелись, грудь бурно вздымалась – совершенно не похожа на себя в обычной жизни. Эта незнакомка из зеркала ее намного пугала – и будоражила…

Она торопливо стянула простые беленькие трусы из мягкого хлопка и натянула те самые, фиолетовые, бесстыдно подчеркивающие упругость ее ягодиц. Наташа сделала несколько снимков и тут же послала жениху, пока не ослабла решимость. Ответ ее обескуражил – Леша, ее скромный мальчик – требовал продолжения. Он хотел (О, Боже!) чтобы она отодвинула полосочку ткани и продемонстрировала ему свое сокровенное местечко…

В другой раз она бы наверное разозлилась и отвергла его просьбу. Но шелк трусов так незнакомо волновал, так нежно прикасался к ее расщелине, что ей самой захотелось сейчас запустить пальчики во влажную глубину своего тела.

Наташа села на унитаз, подобрала подол юбки повыше и раздвинула свои стройные ножки. Потом нетерпеливо отодвинула трусики и сфотографировала розовую сочащуюся дырочку в обрамлении темных влажных волос. На тонкой ткани трусов расплывалось влажное пятно… «Эх, первый раз надела, а уже успела замарать». Она стянула заокеанскую роскошь и аккуратно положила на раковину. Лешка написал восторженную смс и теперь уже хотел увидеть, как она ласкает себя. Отказывать было глупо – от манипуляций с телефоном она так возбудилась, что со стоном наслаждения занялась своей дырочкой. Пальцы уверенно терли клитор, Наташа прислонилась спиной к бачку и со стонами дрочила свою маленькую дырочку.

В этот момент дверь распахнулась и в кабинку ввалился директор. Видимо, она плохо закрыла замок или он просто слишком напористо открывал. Она не успела даже прикрыться – а он уже разобрался в ситуации, запер дверь и расстегивал ширинку.
— Так вот как проводят рабочее время мои подчиненные…Интересно, Наталья Петровна, я думал, что плачу вам зарплату за анализ экономических результатов деятельности нашей компании… Хотя… может быть у вас есть еще какие-нибудь таланты?

Он ловко расстегнул брюки и расположился над обалдевшей и смущенной девушкой таким образом, что его разбухшая головка утыкалась ей в лицо. Надо сказать, сегодняшний день вывел его из себя и эта обалдевшая девочка в туалете была как раз кстати, она поможет ему снять напряжение.

Он намотал Наташкины длинные локоны на ладонь и легонько притянул ее к себе, попутно целясь членом в ее полуоткрытый ротик. Девушка охнула и ощутила тепло толстого директорского члена. Она сидела как кукла, не понимая, что происходит и поэтому ничего не предпринимая. Звук пришедшей смски вывел ее из ступора, Наташка забилась в сильных директорских руках, но он уже не мог остановиться, слишком велико было наслаждение от ее покорности и тепла.
— Тихо, глупышка, поставишь на уши всю контору.

Он продолжал долбить ее ротик, все ускоряя темп. Она практически не участвовала в процессе, испуганно косилась на него и

еваться. Уж кто-нибудь из ваших коллег ему непременно это сообщит. Да, не забудьте запереть дверь!

Конец рабочего дня был непоправимо испорчен, все валилось из рук. Наташа с пылающими щеками вспоминала сцену в туалете, какой позор! Если любимый узнает, это разобьет его сердце, ведь он так любит ее и так ждет их свадьбы!

За грустными думами она не заметила, как осталась одна, коллеги разошлись по домам. Они не удивились ее задержке – Наташка была ценным кадром и любила делать свою работу идеально, поэтому иногда задерживалась, чтобы доделать какой-нибудь срочный отчет.

Ноги сами понесли ее в ненавистный кабинет. Директор насмешливо мял трусики и то и дело подносил их к лицу, вдыхая тонкий аромат женского возбуждения. Наталья закрыла за собой дверь и осталась стоять перед ним молчаливым изваянием. Она понимала, что просто так он ее не отпустит, придется заплатить за свою глупость и похоть.
— Наташа-Наташа, а я и не знал, что ты такая горячая штучка… Кто бы мог подумать, что за этой унылой ангельской внешность скрывается такая развратница? Ты, наверное, пришла получить некую вещь, которую я изъял у тебя сегодня? Я непременно верну ее, только немного поиграю с тобой. Раздевайся!
— Послушайте, все зашло слишком далеко, прошу вас, не мучьте меня, сегодня произошло недоразумение, о котором мне стыдно вспоминать и вам я надеюсь тоже…
— Нет, отчего же. Мне приятно вспоминать, как ты сосала мой член и я надеюсь на продолжение. Поэтому хватит ломаться, тебя ждет жених и у меня масса планов на сегодняшний вечер. Раздевайся.

Наташа стала медленно стягивать одежду, обнажая худощавую фигурку с небольшими грудками и плоским животом.
— Подойди ближе, мне ничего не видно!

Она нехотя подошла к огромному столу и остановилась перед его внушительным креслом.
— Встань на колени!

Он быстро раздевался, мимоходом поглаживая ее сисечки, волосы, губки. Член стоял колом, эта зависимость и покорность так его завели, что он сдерживал себя, чтобы не овладеть ею прямо на полу. Он направил раздутую головку в ее рот и она приняла его толстый конец без сопротивления. Она сосала отстраненно, сейчас ему этого было мало, хотелось стереть с ее лица это покорное и апатичное выражение. Он рывком поднял ее с колен и впился жестким ртом в губы, повалил спиной на стол. Она попыталась оттолкнуть его, но мужчина навалился на нее всем телом, целовал и кусал, раздвигал ноги. Его пальцы протиснулись в тугую дырочку – и он расхохотался. Она текла! Да еще как!
— Ах ты, маленькая похотливая шлюшка, тебя возбуждают такие игры?

Он закинул ее ноги себе на плечи и воткнул член. Она выдохнула сквозь сжатые зубы – видимо такой напор причинил ей боль. Он продолжил не так резко, ритмично загонял свою дубинку в ее узкую щель. Она уже не шипела, раскраснелась и часто задышала – явно от возбуждения. Он вышел из нее и стал медленно водить головкой по набухшему клитору. Наташа закусила губу и зажмурилась. Она уже не могла скрыть от него своих желаний, ей было мучительно стыдно перед женихом, она боялась разоблачения – и в то же время… Ей хотелось, чтобы это продолжалось!

Директор погладил ее по щеке, провел рукой по торчащим сосочкам, погладил живот и наконец стал теребить ее мокрые губки.
— Посмотри на меня.
Она повернула голову и открыла глаза. Щеки пылали, пальцы в горячке терзали набухшие груди, она окончательно сдалась и стала подмахивать задом навстречу его умелым пальцам. Он засунул два пальчика ей в дырочку, а языком стал дразнить клитор. О, от этих манипуляций она распалилась и стала вскрикивать, с Лешкой они не практиковали оральный секс, и сейчас ее тело как будто парило над столом.
— Только попробуй кончить без моего разрешения!
Он стянул ее на пол, поставил раком и навалился сзади. Член вошел в разработанную щель как по маслу, она уже привычно стала подмахивать. От его мощных толчков она бурно кончила, он еле успел зажать ей рот, чтобы она не переполошила охрану своими криками… Ее влагалище сжималось и еще туже обхватывало его конец, он не выдержал этой сладкой пытки и выстрелил спермой прямо в глубину ее тела.

Она одевалась быстро и нервно, путаясь в одежде и едва сдерживая слезы. В машине Леха что-то весело рассказывал, она слушала и даже кивала невпопад, а в кармане лежали эти дурацкие трусики… Неправильно, что он их вернул и не оставил повода прийти к нему снова…

Трусики

Вадим ехал по трассе в сторону города. Было уже за полночь. В свете фар, он увидел голосовавшую девушку. Остановив машину, Вадим опустил стекло:
— Куда вам? — В Самойловку. Только денег у меня нету, может, договоримся?
– Садитесь, договоримся. – Вадим открыл дверь попутчице.
Девушка села, и Вадим смог получше её рассмотреть: Красные сапожки до колен и сетчатые чулки подчёркивали великолепные ноги девушки, джинсовые шортики обнажали широкие бедра и обтягивали круглую попку. Проколотый пупок чуть скрывался чёрно-белым топиком, сквозь который рельефно выступали две большие груди, в центре которых отчётливо виднелись бугорки сосков. Девушка закинула ногу на ногу, и пристегнулась ремнём: — Ну что поехали? Вадим пустил машину по трассе и повернулся к девушке:
— Разрешите узнать, что вы делаете здесь ночью? – Ой, вам лучше не знать. – Девушка слегка улыбнулась.
У сворота в сторону Самойловки девушка попросила Вадима остановиться:
– Ну что пора расплачиваться?
Наклонившись вбок, она зубами расстегнула ширинку брюк Вадима, и стала языком ласкать член через трусы. Движения её были плавны и неторопливы. Член набух. Девушка сняла с Вадима брюки и трусы, и губами обхватила красную головку. Она ласкала его языком, делая круговые движения, Вадим не выдержал и издал стон наслаждения, тогда девушка резко вздохнув, проглотила член до самых яичек. Вадим почувствовал, как он ушел глубоко в горло девушке. В порыве наслаждения он схватил девушку за волосы, стал нанизывать и качать её голову на своём члене. Девушка тоже стала постанывать от возбуждения. Вадим поднял голову девушки и взглянув ей в глаза сказал:
— Теперь моя очередь дарить тебе наслаждение.
Он усадил девушку на спинку сидения (благо размеры его джипа позволяли девушке разместиться с комфортом) и опустил её шортики. Наклонившис

ние, девушка тоже отозвалась томными стонами.
– Теперь в попку, зайчик. – Попросила девушка.
Развернув даму на живот, Вадим резко вошёл в анус девушки, заставив ту вскрикнуть от боли. Однако вскоре стоны боли сменились стонами удовольствия. Вдруг резко вскрикнув и дернувшись, дама размякла и кончила, Вадим тоже почувствовал, как сперма раздвигает канал его члена. Быстро вышев из девушки Вадим щедро оросил спину девушки своим семенем. И в неизнеможении откинулся на руль. Одевшись, девушка вышла из машины. Вадим увидел оставленные девушкой трусики, окрикнув её, протянул девушке её собственность. Девушка улыбнулась и сказала:
— Это вам, должна же я была чем-то оплатить за проезд. Развернувшись она пошла в сторону посёлка.
– Как вас зовут? – крикнул Вадим в след.
– А это важно? – дама чуть обернулась.
– Нет. – Улыбнулся Вадим и уехал.

Трусики

Наверное вы помните, как я оприходовал свою двоюродную сестру перед ее свадьбой. Тогда я трахнул ее во влагалище и в рот. В результате у меня в залоге остались ее трусики. Тогда, во время свадебного застолья, сестренка сказала, что не прочь вернуть их назад. Я же сказал, что за так ей ничего не отдам. На этом наши контакты прекратились. Она уехала вместе с мужем в Сочи, проводить медовый месяц. Потом они обустраивались на новой квартире. Соответственно они пригласили меня помочь им. Конечно, я не отказал.
Так как я учился и у меня было море свободного времени, то я довольно часто был подручным. Один раз сестра пригласила меня помочь собрать ей кухню, так как муж уехал в командировку. Предвидя продолжение наших интимных отношений, я захватил с собой ее трусики.
Сначала мы честно собирали кухонный гарнитур. Сестра была в домашнем халатике, под которым были только трусы. Это я мог сразу увидеть, так как она активно и часто нагибалась и халат отвисал вниз. Виды открывались довольно волнующие. Я уже говорил, что сестренка у меня была довольно развита. Ее грудь была наверно размера третьего, узкая талия и широкие бедра.
Когда гарнитур был частично собран, я решил брать быка за рога. Расположившись на диване, мы обсуждали наших общих знакомых, вспоминали свадьбу. Я расспрашивал сестру об их отдыхе. В общем вели светскую беседу. И тут, я вынимаю из кармана сестрины трусики и задумчиво начинаю их рассматривать. Сестра попыталась их выхватить, но я был начеку.
-Отдай их! — выкрикнула она, подавшись ко мне.
-Не отдам. Ты должна выполнить кой-какие условия, — сказал я и усмехнулся.
-Ничего я не буду делать. Отдай сейчас же.
-Ну тогда я лучше отдам их твоему мужу.
Сестра нахмурившись смотрела на меня. По ее глазам я понял, что в ней идет внутренняя борьба. Ее мыслительный процесс отражался в ее глазах. Было видно, что я сегодня получу все что захочу.
-Что ты хочешь? — наконец сказала она.
-Ты должна выполнить все условия, что я тебе скажу.
-Какие?
-Сначала ты должна раздеться до гола и сесть напротив меня на табуретку.
И опять сестренка немного подождала. Потом встала и расстегнула халат. Отбросив его в сторону, она решительным движением стянула трусики вниз. После этого взяла табуретку, от только что собранного гарнитура, и уселась на него. "Расставь ноги в стороны" — сказал я. Сестра раздвинула колени и гордо выпятила грудь мне навстречу. Вид был довольно сексуальный. Она подбрила волосы на лобке в виде полоски, соски торчали.
-Теперь расскажи, как вы отдыхали на море.
-Нормально отдыхали, загорали и купались.
-Он тебя трахал часто?
-Наверное каждый день, а иногда и два раза.
-На пляже трахал?
-И на пляже, и на крыше отеля, и даже в ботаническом саду.
-Куда он тебя трахал?
-Везде.
-А конкретней?
-В киску, в рот, в попу.
-Куда тебе больше понравилось?
-В любое отверстие между ног, но более всего в киску.
-Он тебя фотографировал голой?
-Да.
-Дай посмотреть.
Сестра встала и подошла к шкафу. Порывшись где-то в белье, она достала толстый пакет и протянула его мне. Там было полно фотографий и черно-белых, и цветных. На всех была изображена голая сестренка. На некоторых они были вдвоем. Эти снимки были в основном порнографического содержания: сестренка сосет член мужа, он трахает ее раком, она скачет на нем и т.д.
Каждую фотокарточку я заставлял комментировать. Вскоре я заметил, что сестра возбудилась. Глаза ее стали блестеть, она часто стала облизывать губы и расставлять ноги. Я приказал ей лечь на диван, рассказывать мне про фотографии и мастурбировать. Сестренка совсем потеряла стыд, широко расставила ноги и стала ласкать себе клитор. Все чаще ее рассказ стал прерываться, звучать не связанней. Вставив два пальца себе во влагалище, сестренка стала трахать себя. Я не стал ей мешать и тихо наблюдал за ней.
Пока она ублажала себя, я тихонько отложил из пачки несколько самых откровенных фотографий и положил себе в карман. Наконец сестренка громко застонала и кончила. Ее тело несколько раз содрогнулось и расслабилось. Через несколько минут она пришла в себя, забрала у меня пакет с фотографиями и засунула его обратно в шкаф. После этого она направилась в ванну, захватив с собой халатик.
Пока сестра плескалась под душем, я приготовил кофе. Мы молча его выпили и она потребовала свои трусики. После душа она была великолепна: мокрые волосы и кожа, вкусно пахнущее тело. Я не мог допустить, чтобы только что начавшийся вечер закончился.
-Ты выполнила еще не все условия.
-Все, хватит. Ничего я больше делать не буду. Отдай трусы.
-Ты сейчас снимешь халат, встанешь на колени и отсосешь у меня, как это делала до свадьбы.
-Да пошел ты!
Сестра

ла в мои объятья. Ее тело сотрясали судороги оргазма. Когда буря оргазма утихла, я подхватил сестренку на руки и понес в спальню. Кровать была в полной боевой готовности и я приступил к действу.
Сначала я разложил ее на кровати. Так как сестра была полностью в отключке после оргазма, то никто не помешал мне. Я подробно изучил гинекологические особенности моей двоюродной сестры и, когда она стала подавать признаки жизни, приступил к дальнейшим ласкам. Я лизал ее дивно пахнущую киску, теребил клитор, раздвигал половые губы губами и пытался глубже залезть языком в ее влагалище. Сестра извивалась и тихонько скулила.
Наконец она потянула меня к себе и я ворвался в ее влагалище. Из груди сестры вырвался не-то рык, не-то стон. Она стала бешено подкидывать свой зад навстречу моим движениям. Во время этой скачки, я еще умудрялся покусывать и сосать ее соски. Через некоторое время мы перевернулись в другую позу. Не вынимая члена, я перевернул сестру на живот и продолжил бурить ее мокрую скважину.
Чтобы …было удобно, я подложил под ее бедра сложенную валиком подушку. Теперь сестрин зад торчал вверх, что позволяло мне еще глубже вонзать член. Теперь сестра выла и кричала. Ее тело лоснилось от пота, волосы спутались в один мокрый колтун. Во влагалище была настоящая масляная ванна. Член хлюпал и болтался. Это привело к тому, что при одном из движений член выскочил наружу.
Сестренка неудовлетворенно зарычала, а я постарался побыстрее исправить оплошность. Толи я сильно поторопился, толи неправильно выбрал направление, только член с размаху попал не в то отверстие. Сестренка сильно закричала и прогнулась, я же только почувствовал, что стало немного теснее. Чтобы немного заглушить ее крик, я прижал ее голову к кровати и продолжил интенсивное траханье.
Немного позднее до меня дошло, почему сестра так громче кричит, но решил не останавливаться. Довольно быстро тембр стонов сестры перешел из болевого в удовлетворенный. Мой член буравил сестрину попку с не меньшим темпом, если бы я обычно трахал. Большое количество смазки и ее опыт в этом вопросе дали свои положительные результаты.
Чтобы улучшить воздействие моего тарана, я приподнял сестру на четвереньки. Она только мотала головой и стонала. Ее поясница то выгибалась, то прогибалась. Бедра вертелись из стороны в сторону. Она как бы навинчивалась на мой член. Несколько раз толкнув член на полную глубину, я кончил. Мой член толчками изливал семя в сестренкину кишку. Она почувствовала мои подергивания и со стоном кончила. Теперь мои подергивания члена суммировались со спазмами ее ануса.
Без сил мы повалились на кровать. Я осторожно извлек член из разработанного ануса и пошел в ванну освежиться. Когда я закончил, пришла ополоснуться и сестра. Потом мы сидели на кухне, пили холодный морс. Нечего и говорить, что я остался у нее до утра. Я позвонил матери и наплел ей, что сестренке страшно одной.
Всю ночь мы трахались с сестрой, как кролики. Я побывал во всех отверстиях ее тела, хорошенько разработал ее анус. Мы даже имитировали групповой секс, когда во влагалище был дидло (искусственный пенис), а в анусе — мой пенис. Сестренке это очень понравилось. На утро на нее было страшно смотреть. Под глазами синие круги, на груди следы от засосов, между ног два красных растертых отверстия. В общем, как сказала моя сестра, "Натрахалась до потери пульса".
Через несколько дней, я сообщил сестре, что у меня есть ее фотографии. Она не удивилась и сказала, что я могу зайти к ней в любое время. Единственное условие, чтобы мужа не было дома. Фотографии я конечно ей вернул, но зато приобрел на целый год великолепную любовницу. Наши встречи прекратились только с наступлением ее беременности. После рождения ее сына, она попыталась возобновить наши сношения, но я отказался. У меня появились более молодые и зажигательные подружки.

Трусики

Вообще-то по научному правильно называть его куннилингус. Но мне легче сделать то действие, которое это слово обозначает, чем его без запинки произнести. Какой-то мохнатый ус еще в конце торчит. Почему один, может, лучше будет читать куннилигусы, но это вообще как-то по-казахски получается. Нет, уж позвольте мне произносить это слово просто и красиво, как я привык — "куннилинг".
Женщины очень любят, когда им делают куннилинг. И я знаю почему. Во-первых, судя по всему, это им приятно. Во-вторых, в момент куннилинга они осознают свою власть и превосходство над мужчиной, и в третьих, самое главное — от этого нельзя забеременеть.
Хотя и здесь бывают разные случаи. Предположим, перед этим девушка сама занималась с любовником оральным сексом, потом с ним целовалась, а потом… ведь не у всех девушек хорошо с обыкновенной логикой… попросила о куннилинге. Вот таким образом и рождаются мифы о непорочном зачатии.
Для мужчины же здесь лежат волшебные возможности превратить еще недавно незнакомую и зажатую девушку в нежную любовницу.
Только, потупив глаза, тихо спроси ее: "Можно я тебя поцелую там?" Она сразу поймет, где там, и скорее скажет да, чем нет. Кто же откажет себе в невинном и ни к чему не обязывающем удовольствии?
Мама же ее ни о чем подобном не предупреждала, хотя и наставляла ее не давать поцелуя без любви, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
"Целуй куда угодно, только не в губы",- попросит послушная дочка и правильно сделает.
Ну, в общем, все было так. Ночь. Он подвез ее к дому и заглушил двигатель. Она посмотрела на него и с улыбкой сказала: "Спасибо тебе за изумительный вечер. Я пошла".
Так просто и пресно они расставались, быть может, навсегда, а он не получил от нее даже поцелуя.
"Иди",- с горькой усмешкой сказал он, понимая, что сегодня и скорее всего никогда между ним и этой удивительной девушкой ничего не будет.
Она приоткрыла дверь, но почему-то медлила. Ни у нее, ни у него не было ни малейшей зацепки, чтобы начать сближение.
— Знаешь что,- вдруг осенила его гениальная догадка, — подари мне что-нибудь на память о сегодняшнем вечере.
— Что?- с готовностью спросила она.
— Только обещай, что подаришь.
— Хорошо, обещаю.
— Подари мне свои трусики…
Она с удивлением и интересом посмотрела на него.
— Хорошо,- после небольшого раздумья сказала она, — я выберу и подарю тебе на память свои самые красивые трусики.
— Нет, мне нужны те, которые сейчас на тебе.
— Но они обычные и не очень новые, — попробовала возразить она.
— Ну и что! Мне важно, что сегодняшний день ты провела в них. Они накопили твое тепло, а это для меня самое главное.
Некоторое время она молча о чем-то размышляла. Он с любопытством наблюдал за ней. Насколько далеко она готова пойти в этой внезапно вспыхнувшей эротической игре?
Неожиданно и даже радостно она согласилась.
— Пожалуйста, но где я их сниму?- поинтересовалась она возбужденно, кажется, уже зная ответ.
Он не ошибся ней. Она была из тех женщин, которые готовы совершить романтический жест, когда ей предоставляется возможность, видимо, чтобы потом было о чем вспомнить.
— Можно, я их сам сниму?
— Можно,- с хрипотцой в голосе разрешила она.
Он нежно поднял ее ноги в черных колготах и аккуратно снял с них модные туфли с тупыми носами. В какой-то момент он не смог удержаться, наклонился к ее ногам и поцеловал их, после чего быстро посмотрел на нее, чтобы определить реакцию. Он увидел смущенную улыбку и горящие азартом глаза.
Тогда смело и по-деловому он приподнял ее попу и попытался стянуть с ее бедер колготы.
— Не так,- остановила она его и, подняв ноги, сама быстро и ловко освободила свои бедра от колгот.
Дальше все было легче. Целовать ее ноги он начал сразу от кончиков пальцев, спускаясь все ниже и ниже.
Она даже не пробовала сопротивляться. Он же все больше и больше приходил в восторг от того, что она так безропотно отдала в его полное владение свои тонкие и даже немного худые ноги. Он терся щекой и покрывал поцелуями ее колени, икры и голень, иногда цепляясь свой щетиной за легкий пушок, видимо, пропущенный при рассеянном девичьем эпилировании.
Наконец, он добрался до ее черных трусиков, источавших тонкий аромат кофе и влажных тропиков.
Она сама помогла ему их снять, после чего откинулась на кресле так, чтобы ему было удобнее ласкать ее в самом интимном месте.
Он бросил свой мужской трофей на заднее сиденье и склонился над поднятыми вверх ногами.
Похоже, никого и

, и именно ту ласку, которая приводила ее в наибольший восторг. Он всегда знал про этот волшебный скользящий бугорок, но он не ожидал, что он будет у нее так чувствителен и развит.
Между тем язык уже отказывался слушаться его. Это превращалось в какой-то стайерский забег на выживание.
Он не знал сколько времени прошло, время для них перестало существовать, но по ее стону, переходящему в крик, и судорожному сжатию его ушей ногами он понял, что конец близок.
Однако самое удивительное было впереди. Ее бурный оргазм стал все больше и больше заводить его самого. По его телу пробежала приятная дрожь.
Он почувствовал, что вот-вот кончит. Это было совершенно неожиданное ощущение, такого с ним еще никогда не бывало. Вот так кончить вместе с женщиной, не входя в нее и даже ни к чему, кроме женщины, не прикасаясь.
Фантастика! Это и в самом деле случилось. Он почувствовал, как струйка чего-то горячего скользнула вниз по его бедру.
И здесь весь двор и окрестности огласил рев автомобильного сигнала, который являлся следствием ее последней и самой сильной …судороги.
Некоторое время они приходили в себя. Он, откинувшись в кресле, и она, положив свои ноги, излучающие волшебно-белый свет, ему на колени.
— А почему стекла так запотели?- прервала она молчание изумленным вопросом.
— Ты надышала,- ответил он.- Ты очень здорово дышала.
— А ты?
— Я нет, да мне и дышать-то особенно некогда было.
Она ласково взяла его за щеки, как берут упитанного кота, с умилением и нежностью посмотрела ему в лицо, а потом играя стала водить его голову из стороны в сторону.
Она была очень большая игрунья. Он протянул руку и вывел указательным пальцем на запотевшем лобовом стекле: "Я тебя люблю".
Она с игривой серьезностью отрицательно замотала головой, а потом протянула свою ножку и обнаженным большим пальчиком написала на запотевшем водительском стекле кривыми буквами слово: "Hell".
Прочтя его, он вздрогнул. Что она хотела сказать? Это ругательство в его адрес, восклицание человека, который только что пережил дьявольский восторг, или общее ощущение от жизни.
Она, увидев его замешательство, сдерживая смех, замотала головой, и тем же трогательно маленьким пальчиком ноги добавила в конец букву "о". Получилось: "Hello"!
После чего и он, и она радостно засмеялись. Внезапно она перестала смеяться и с ужасом в голосе спросила:
— А сколько сейчас времени?
Он показал ей часы.
— Ой!- с притворным испугом воскликнула она,- придется будить родителей.
— Почему?
— Папа имеет обыкновение вставлять ключ с другой стороны входной двери. Я побежала… а где мои туфли?
— Возьми там на полу, какие найдешь.
Он помог девушке натянуть колготы на голое тело, и сам надел на нее туфли.
Их прощальный поцелуй был нежен и больше напоминал ласку давно влюбленных вдруг в друга людей.
— Ну пока,- с большим сожалением оторвалась она от него. Было видно, что теперь ей и в самом деле не хочется уходить. Она открыла дверь автомобиля, быстро выскользнула из машины и помахала ему рукой.
Он в ответ помахал ее трусиками.
Она весело засмеялась и быстро набрала электронный код подъезда. Дверь, щелкнув, открылась, и смеющаяся девушка исчезла.
В удивительно радостном настроении он двинулся по ночным и безлюдным улицам города.
И теперь всегда, когда в его жизни что-то не ладилось, или просто было паршивое настроение, он доставал из укромного места ее трусики, аккуратно сложенные в полиэтиленовый пакет, прижимал к лицу и глубоко вдыхал носом тонкий и уникальный аромат, который он узнал бы из тысячи.

Подробнее:
Золотой трилистник

(фрагменты новеллы) ...Под вечер я пригласил её к себе. Признаться, мне не терпелось возобновить наши интимные отношения. Однако Лили пребывала...

Закрыть