Жили мы тогда втроём в двух комнатной квартире я моя старшая сестра и мама. Я не хочу, и не буду пояснять всю семейную ситуацию скажу только что жили мы не богата, и приходилось экономить на всем. Мне тогда было 9, а сестре 10лет. Особая сложность была в том, что стоило на меня надеть новые чистые
Первый раз был великолепен, хотя собственно я лишь давала ей свою ласку, мне было невообразимо хорошо. Секс между людьми сразу меняет их отношения, особенно, если этот секс понравился. Уже нет никаких недомолвок, сомнений, накрученных мыслей. Есть только страсть, похоть, дикое желание и целое море эмоций к другому человеку, все кажется очень простым и понятным. Я
Всё началось с того, что ко мне в гости приехала сестра. Всю неделю я работала и времени пообщаться у нас практически не было. Но в субботу вечером, оставив дочку на попечение мужа, я и моя сестрёнка пошли в мексиканский бар-ресторан. Поужинав, мы Анной перешли на бар, где в этот вечер текилу продавали за пол цены.
Настенька выбежала из квартиры и побежала по лестнице. Так не вовремя пришла мама… Настенька так хотела досмотреть тот мамин ДВД, а ведь надо было еще выключить проигрыватель, вытащить диск и положить его в коробку в потаённое место в тумбочке, надеть трусики и открыть дверь маме… Прошла неделя с тех пор как Настенька случайно нашла его
Затеяла генеральную уборку. Редко со мной такое случается, ненавижу уборку, но начинаю, когда хочется отвлечься от мыслей. Протирала пыль на полке с книгами и опять эта тонкая тетрадь прыгнула мне в руки. Дорогой дневник, ну какого хрена ты опять меня дергаешь? Что? Еще одна страница пустая. Заполнить? Ну, хорошо. А потом что? Новая тетрадь… или
Я думаю, в браке всегда наступает момент когда сексуальная жизнь становится обыденной, как утренняя чашка кофе или чая. Многие мужчины в результате идут «налево», ищут новых ощущений, чем, мне кажется, только усугубляют ситуацию. Холодность в сексе коснулась и нас с женой. Я очень люблю свою супругу и считаю, что ситуацию надо решать без привлечения третьих
Аннотация Это была пустынная планета, находящаяся черте где. Труднодоступный мир с примитивными формами жизни, каменистой поверхностью и ядовитой для людей атмосферой. Обживать такой трудно, дорого, бессмысленно. Зачем же каждые три месяца на эту планету высаживаются десять тысяч добровольцев-исследователей? Зачем в одиночку обходят отведенные им сектора? *** Знаете, что самое трудное в самостоятельном поиске? Самое трудное
Всё всегда кончается плохо. Было пять утра. Ира Теряшева сидела на кухне с чашкой кофе, светя себе газовой конфоркой; обычно, когда нападала бессонница, это было самое приятное время и место в жизни, но не в этот раз. «Была в сети вчера в 22:17«, — по-прежнему гласила Анютина страница «ВКонтакте». Телефона ее не было — у
Утром мадам Недаманская проснулась в полном смятении. Душа её пылала от возмущения подлым поступком Михеля Мудильсона. С другой стороны Трахапендра Засулишна боялась признаться самой себе, что глубина пережитых ночью ощущений, разбудила в её сердце ураган давно забытых чувств. Проведя день в душевных терзаниях, она всё-таки пришла к окончательному решению, что, как порядочная женщина, просто обязана
Мы с Вадимом окончили второй курс технического университета, пока еще не решили, как нам провести каникулы, и просто без дела слонялись по городу. Нужно было придумать себе какое-то развлечение. Мысль родилась не сразу. Когда мы были в универмаге, где наряду со всякой всячиной в одном из отделов продавали муляжи пистолетов и прочего оружия, я приобрел
История эта повествуется от третьего лица. В моём классе учились два человека: Марина и Андрей. Андрей — неординарная личность. У него вкусы, мысли и поведение совершенно не соответствующее кому-либо еще. Он не был на кого-то похож, он был сам по себе. Он был ростом под 1, 80, телосложение жилистое. Назвать его качком невозможно, но и
Марина шла к бывшему, не переставая, одновременно, и корить себя за уступчивость, граничащую с кротким подчинением, и затаенно, стыдливо хвалить себя же за ловкую манипуляцию своим «экс-». Отношения с этим мальчиком давно закончились. Слишком давно. И слишком неправда: каждый раз, когда в их непростом и откровенно инфантильном общении вновь возникал момент «уходя, уходи», что-то происходило.
Я принимал судно. Пассажирское судно. Переворошив кучу бумаг, выслушав доклады старшего помощника и старшего механика, мы с моим коллегой, капитаном сдающим дела, уже изрядно устали. Пора было выпить по рюмке да заканчивать эту канитель. В дверь постучали. — Войдите, — уже на правах действующего капитана откликнулся я. В каюту вошла женщина лет тридцати. Меня поразила