Зиночка

Утро туманное, утро сырое. Вновь наступило 1 сентября, и Зиночка перешагнула порог родной школы. Блестящие чистые полы, нарядные дети с букетами гладиолусов и георгинов, весёлые, загоревшие за лето лица.
Как и все, Зиночка сегодня была весела и нарядна. На ней была новая жёлтая кофточка, на голове — большой белый бант. Зиночка прошла по школьным коридорам, всем улыбаясь, очень удачно увернулась от хулигана Нефёдова, никогда не упускавшего случая ущипнуть её за попу, и спустилась в полуподвальное помещение, где находился кабинет труда.
Она знала наверняка, что сейчас урока труда нет, но трудовик, мужчина серьёзный и положительный, будет ждать её. Действительно, Егор Васильевич был на месте. "А! Зиночка! Заходи, заходи, голубушка!",- воскликнул он, едва завидев её, и поспешил запереть за ней дверь, попутно вытаскивая из штанов ремень. Зиночка неспешно прошлась по классу, рассматривая знакомую обстановку. На стене появился новый, намалёванный на куске оргалита, лозунг: "Труд и наука — выше этих двух сил нет ничего на земле!". "Про секс опять, как всегда, забыли",- с досадой подумала Зиночка.
Егор Васильевич тем временем уже спустил штаны, лёг животом на верстак и жалобными глазами смотрел на неё. Зиночка подошла к трудовику и связала ему руки за спиной куском коричневого скотча. Затем взяла лежавший рядом ремень, размахнулась, и что есть силы ударила по напряжённым ягодицам трудовика. "Зиночка:",- простонал тот. Она принялась хлестать его сложенным вдвое ремнём. Егор Васильевич закусил себе нижнюю губу и жалобно поскуливал. "Будешь хорошо учиться?", — строго спросила она, шлёпнув ладошкой по покрасневшему заду трудовика. "Бу-у-у-ду:", — простонал он.
Зиночка ударила его ремнём. "А уроки больше не будешь прогуливать?"
Снова увесистый шлепок. -"Не бу-у-у-ду:".
"После работы не забудь убрать инструменты",- напоминал серолицый дебил с висящего на стене плаката.
"Не забудешь убрать инструменты?", — спросила Зиночк

щил толстый, красный, дымящийся от возбуждения, член. Не прошло и секунды, как он проник в неё и начал мощные движения, словно гигантский поршень. При этом с лица физрука не сходила счастливая улыбка, только глаза стали какими-то пластмассовыми.
"Он похож на коня: — подумала Зиночка — :не забывай убирать инструменты:"
Она вдруг почувствовала, что внутри Мерзоева словно что-то закипает и через мгновение целый поток горячей спермы хлынул в неё, как убежавшее молоко.
"Хорошо!",- пророкотал он, натягивая штаны и выпячивая белоснежные зубы.
Зиночка едва успела надеть трусы и поправить юбку, как дверь отворилась и в учительскую вошла Степанида Григорьевна, директриса.
"Зиночка, — сказала она, — очень хорошо, что Вы здесь. Надо ещё раз протереть актовый зал перед торжественной линейкой. Как раз успеете".
Зиночка послушно кивнула, выскользнула за дверь и направилась в подсобку, к своим веникам, вёдрам и щёткам. Ей вдруг стало невыносимо грустно оттого, что никто даже не вспомнил, что ей сегодня исполнилось 65 лет.