Светлана Валерьевна
Этот день ничего существенного не предвещал. Я, как обычно, к восьми утра пришел в школу. Уроки протекали неторопливо, и казалось, что кто-то специально тормозит время. Физика, история и геометрия прошли без каких-либо приключений. Наина Киевна, наша физичка, опять вызвала меня к доске, но сегодня мне было влом, и я не пошел — получил банан, но ничего, после этой двойки, как обычно, ровной строчкой пойдут пятерки.
Все началось на уроке литературы. Наша учительница, Светлана Валерьевна, сегодня была прекрасна: на ней были беленькая блузочка, коротенькая юбочка, чулки и туфли — она была восхитительна. Известно, что все парни в классе по ней сохли, иногда даже приходилось бить морду тому, кто слишком ретиво за ней пытался приударить. Вон, Сашка до сих пор ходит с фингалом, хотя он всего лишь сказал, что она очень сексуальная, а у меня было плохое настроение…
Зайдя в класс, я почувствовал, что в штанах что-то зашевелилось, пришлось быстро пройти к парте. Урок начался, Светлана Валерьевна села за стол, достала стопку тетрадей с нашими сочинениями и многозначительно обвела глазами класс. Наши глаза встретились, и сердце забилось чаще. Продолжая смотреть мне в глаза, она раскрыла журнал и начала зачитывать оценки.
— "Журавлев, два-два. Журавлев, ты о чем задумался", — голос учительницы вывел меня из оцепенения.
— "нет, ни о чем", — мой голос слегка подрагивал.
— "два-два, бездарное сочинение и совершенно не по теме, грамматика на уровне первого класса, Журавлев, ты надо мной издеваешься, может ты мне объяснишь, почему у тебя по всем предметам отлично, а по моему — два", — она говорила спокойно, и это пугало, лучше бы она кричала. Ну как я могу ей объяснить, что она нравиться мне, и таким образом я стараюсь обратить на себя ее внимание. Да, сочинение не по теме, я в нем написал, как прекрасна может быть любовь ученика к учительнице. Грамматика на уровне первого класса: согласен, пришлось специально делать ошибки и отключить проверку грамматики в ворде.
— "ну, что ты уставился на меня, что мне с тобой делать?", — мое разыгравшееся воображение начало выдавать эротические сцены одна краше другой.
— "останешься сегодня после урока", — мое сердце подпрыгнуло и забилось чаще, я останусь с ней вдвоем.
Секундная стрелка издевалась надо мной, лениво перепрыгивая между делениями циферблата. Урок длился бесконечно, я ждал звонка. "Двенадцать сорок пять", "почему звонок не звонит, они там что, уснули", — я поборол в себе желание вскочить и найти вахтершу. Звонок.
— "урок закончен, можете быть свободны. Журавлев, задержись", — я ждал этих слов и боялся, что они не будут никогда произнесены. Класс опустел. Удары сердца отдавались во всех частях тела.
— "Журавлев, садись рядом", — я встал и пошел к учительскому столу. Взгляд Светланы Валерьевны задержался на моих брюках ниже пояса и ушел в сторону. Мое лицо заполнила краска: я засунул руки в карман, пытаясь удержать разбушевавшуюся плоть на месте. Сел рядом.
— "что это ты так раскраснелся, прямо как фонарь на публичном доме?", — голос учительницы чуть дрогнул, я не мог этого не почувствовать.
— "душно в классе", — выдавил я из себя.
— "ну так открой окошко", — посоветовала мне учительница.
— "ничего, я потерплю", — слова давались тяжело, я не мог унять в себе возбуждение.
— "ну как хочешь, объясни мне пожалуйста, почему сочинение написано не по теме?", — она была прекрасна, мой взгляд уперся на юбку ниже талии, туда, где блуждали мои мысли.
— "ты куда уставился? А ну посмотри мне в глаза", — щечки Светланы Валерьевны чуть покраснели. Я с трудом оторвал взгляд и переместил его на лицо учительницы.
— "прекращай на меня пялиться, как баран на новые ворота! Куда ты лезешь, оставь мою ногу в покое", — казалось, я не управлял своим телом, руки сами протянулись к ее ножке и стали ее медленно поглаживать.
— "да, Светлана Валерьевна", — я продолжал поглаживать ее ножку, продвигаясь по ней все выше и выше. Ее дыхание участилось.
— "ты что себе позволяешь!!!", — она резко встала, отталкивая меня от себя. Я встал и замер, опустив глаза к полу.
— "Светлана Валерьевна… я… вас люблю…", — слова давались трудно как никогда.
— "что ты сказал? Сколько тебе лет, мальчик", — она негодовала.
— "я не мальчик, я мужчина!", — голос становился увереннее и тверже.
— "ну-ну, ты это своей маме расскажи! Мужчина! А ну, подойди ко мне", — я медленно подошел к ней, ожидая всего чего угодно, от слов презрения до пощечины.
— "посмотрим какой ты мужчина", — она подошла ближе и стала расстегив
— "хм, а он у тебя не маленький", — она взялась за него у основания и направила в свой сладкий ротик. Меня пробила дрожь, казалось, в голове взорвалась бомба. Ее язычок порхал над головкой моего члена, потом она полностью проглотила его, из меня вырвался стон.
— "тише ты, а то сейчас кто-нибудь придет", сказала она и продолжила посасывать мой член.
Она проглатывала его полностью, потом вытаскивала и опять проглатывала. Мои руки потянулись к ее голове, стараясь сильнее прижать ее к себе. Тело била мелкая дрожь, я едва сдерживал стоны. Теперь я трахал ее в ротик. Тело содрогнулось, я выгнулся, цепляясь за край парты, и из моего члена ударила горячая струя спермы. Светлана вытащила член из ротика и облизала головку, проглатывая наполнившую ее сперму.
— "у сколько накопил", сказала она.
— "теперь поработай ты", — сказала она. Учительница расстегнула молнию на юбке, и она упала к ее ногам, мгновением позже там оказались и трусики, легла на ближайшую парту, раздвинула ножки. Моему взору представились ее прелести: губки раскрылись как бутон розы, готовые поглотить мою плоть. Я подошел, пытаясь привести свое поникшее достоинство в боевую готовность.
— "нет, не тем, язычком", — ее голос переполняла страсть. Мои руки легли ей на бедра, и я скользнул кончиком язычка по ее птичке от дырочки до бугорка. Светлана Валерьевна отозвалась протяжным, полным страсти стоном. Язычок задержался на бугорке и медленно, круговыми движениями …пошел в пляс вокруг бугорка страсти. Закончив танец, он направился к дырочке, из которой капельками выходил любовный нектар. Одним движением слизав капельки, язычок вошел в ее пещерку. Учительница, не переставая издавала протяжные стоны, а мой язычок продолжал ласкать ее дырочку проникая все глубже и глубже.
— "боже, как хорошо, еще, еще, у тебя умелый язычок, пять балов:", — ее голос возбуждал меня не хуже ароматов возбужденной плоти. Язычок вернулся к бугорку, губки сомкнулись над ним в поцелуе. Продолжая танцевать над клитором, мой пальчик вошел в дырочку, Светлану передернуло, и я начал медленно вводить его все дальше и дальше. Она взялась за мою голову, сильнее и сильнее прижимая ее к своей возбужденной плоти. Страсть бушевала в нас как торнадо над океаном. Увеличивая темп, я вставил в норку большой палец, а указательным вошел в попку и увеличил темп. Учительницу потрясла судорога, и я остановился.
Она быстро слезла со стола, выгнулась как кошка, положила руки на парту и повела в мою сторону попкой. Этот намек я расценил однозначно. Мой член энергично вошел в ее пещерку, Светлана охнула, и я быстро заработал своим орудием.
— "сильнее, сильнее", — ее слова разбавлял блаженный стон, она сильнее раздвинула ножки, и я, хватаясь за ее бедра, отдался страсти. Моя головка то появлялась из дырочки, то исчезала там. Голова гудела, перед глазами летали искры. Мы одновременно издали протяжный стон и рухнули на пол. Учительница что-то бормотала, облизывая пересохшие губы. Я, выжатый как лимон, тупо смотрел в потолок.
Полежав некоторое время, мы встали и принялись приводить себя в порядок. Ноги Светланы подгибались, пришлось мне помогать ей надеть трусики, юбочку, бюстгальтер:
— "ну что, можно считать урок законченным, но нам придется еще много поработать с твоим языком", — сказала она.
— "да Светочка, еще предстоит много работы", — радостно сказал я
— "Светлана Валерьевна. Возможно даже придется поработать у меня на дому", — абсолютно серьезным голосом сказала она.
— "да", — я попытался придать своему голосу серьезность, не получилось.
— "и хватит раздавать фингалы все подряд, кто упомянул мое имя", — если она на это надеялась, то круто ошибалась, теперь я буду бить морды за любой косой взгляд в ее сторону, но я убрал с лица глупую улыбку и кивнул в знак согласия.