Попался….
Дело было осенью я решил поехать за грибами в сторону станции Михнево.На станции стояли люди и ждали автобус.Заметив мужчину с лукошком я подошел и спросил куда лучше ехать,на что мужик пригласил ехать с ним за компанию и что грибные места он знает.Вообщем грибы мы собрали вместе,продали и купили выпивку.Вечером уже холодало я засобирался домой но новый друг предложил зайти к нему домой сперва,выпить еще и покушать.Подымаясь по лестнице я заметил что он идет взади как будто ведет к себе не друга а подругу…но я был хорошо выпивши и не особенно обращал на странности внимание,болтал что попало,говорил ему что надо было бы женщину какую нибудь пригласить.Я тогда и не догадывался что роль девки буду выполнять я.
Наконец мы зашли в квартиру,друг тут же закрыл дверь на ключ и спрятал его.Потом он как то с облегчением вздохнул…я уже потом понял почему…я был в полном его распоряжении.Я присел на стул и продолжал что то болтать,грибник проходя мимо посмотрел на меня и особенно на мой рот совершенно по другому…Разговаривая он стоял передо мною,разговор закончился тем что он спросил как я отношусь к голубым я отвел почему то глаза и сказал..да ни как.Подняв взгляд я увидел что грибник растегнул ширинку достал хуй.Я завороженно смотрел как его толстый член покачиваясь уставился прямо мне в рот.Я голубой сказал он и ты будешь его сейчас сосать.Не будеш
тал пассивным педерастом, хуесосом и вафлером..( В рот он мне тоже кончал) И секс с активом мне нравится теперь с принуждением и унижением. И очень люблю сосать Член…Хочу чтоб меня изнасилавали два актива ну конечно типа игры!!!!! Теперь мой рот и зад к вашим услугам Гейи!!!!Скажите спасибо грибнику!!! Я понимаю….вам тоже девки нужны…!!! Я готов удолетворять бесплатно!!!Попался
Жизнь так сложилась, что секса у меня было очень много. Сначала это произошло отчасти не по моей воле, а потом я стал целенаправленно пользоваться своей привлекательной внешностью, пронырливостью и потенцией. Почитав в интернете сексуальные рассказы, вижу, что процентов на 90, как минимум, все они выдуманы, причем выдуманы без фантазии — читать, откровенно говоря, скучно.
И вдруг родилась идея — ведь я мог бы рассказывать истории из своей жизни. Я не могу сказать, что среди них очень много интересных, но все же есть довольно возбуждающие, от которых у меня и сейчас встает, стоит только вспомнить.
В общем — последней каплей стала история, случившаяся со мной вчера — но когда я твердо сел и решил записать ее, вдруг вспомнился совсем другой случай — с него и начну.
Это было 16 лет назад — мне было 14 лет, и я жил с родителями в одной латиноамериканской стране, куда они приехали по контракту работать инженерами на постройке какой-го там огромного моста через реку. Деньги им платили очень приличные, но и цена была велика — работали они с утра до ночи. Ну а меня оприходовали в местную школу. С языком больших проблем не было — готовились к отъезду полгода, мне наняли репетитора, который отрабатывал свою зарплату на совесть, к моему величайшему сожалению. Но сейчас — оказавшись в новом мире, испытывая шок от того, что я даже приблизительно не понимал — насколько тут другая жизнь, я не раз благодарил его за честный труд.
Не знаю, как в других странах Латинской Америки, а в этой время время от времени начинались какие-то гонки за оппозицией, народ вылезал на демонстрации, его лупили по голове дубинками, разгоняли водометами, сажали несколько сотен в тюрьму, и все успокаивалось. Я мало понимал в этих делах — меня в то время занимали только ляжки местных девочек. Офигенные, надо сказать, ляжки. Обкончаться можно было только глядючи на них. Сидя в классе, я мог беспрепятственно глазеть на ляжки сидящих впереди девчонок, а на переменах я дрочил в школьном туалете и кончал иногда раза по три-четыре в день. Девочки отнюдь не были неприступны, так что иногда я спускал не только на стену туалета. А вообще классно было с пацанами в заводилки играть — выходит из кабинки туалета пацан, я захожу, запираюсь, смотрю на стенку — по ней стекают крупные капли спермы. Я дрочу, кончаю, моя сперма теперь стекает рядом. Выхожу — заходит следующий пацан.. так что таким странным образом между нами устанавливались сексуальные связи, и надо сказать — все было не всегда только так "заочно". Климат жаркий, ебаться хочется страшно, и мальчики меня возбуждали ненамного слабее, чем девочки.
В один такой день уроки прервались — началась очередная забастовка или демонстрация — хрен разберешь, всех отпустили по домам, пацаны пошли к митингующим, я увязался за ними, предвкушая кучу впечатлений. Однако впечатления сами шли нам навстречу — вдали был слабый гул голосов, и вдруг он мгновенно превратился в вой — из-за угла вывалилось человек 200 и с сумасшедшими глазами бежали прямо на нас. Все случилось так быстро, что я просто остолбенел с непривычки, и толпа нахлынула на меня, как удар струи из пожарного шланга. Меня сшибли, наступили на ногу, так что я взвыл, дали коленом в челюсть, кто-то попытался меня поднять и унести с собой, но через несколько шагов сам получил мощный пинок, и я снова оказался в озверевшей толпе. Когда все это через меня пробежало, я чувствовал себя мерзко до невозможности, как будто меня избивали три часа какие-то изверги. Преследовавшие толпу полицейские были гораздо спокойнее — они просто взяли меня и как мешок забросили в кузов грузовика, где быстро уплотнили с другими задержанными. Через 15 минут машина наполнилась, и мы поехали.
Боль немного стала отступать, я уже примирился со своими болячками, и наконец-то стал получать удовольствие, предвкушая, как буду рассказывать обо всем этом. Кроме того, белый человек в этой стране пользовался существенным преимуществом, что постоянно ощущалось даже в обычных магазинах, и я был уверен, что мне окажут первую помощь и отвезут домой. Реальность несколько отличалась от моих фантазий, и жизнь в тюрьме разительно отличалась от того, что я мог видеть на свободе. Это было государство в государстве в полном смысле слова. Я не дождался доброго дяди, который вежливо позвонит моим родителям и с улыбкой пожурит их за то, что не следят за сыном. Все было как во сне.
Меня продержали три или четыре часа в предбаннике за решеткой, и в течение этого времени я просто охренел от усталости, так как сесть некуда, все скамейки заняты, на полу сидеть холодно, несмотря на жару, истекаешь потом, сидишь на карачках, стоишь, снова сидишь, переминаешься и ждешь, ждешь. Время от времени по одному уводили, наконец взяли и меня. Привели в кабинет к человеку с глазами, как из стекла. Что-то гавкнул, я не понял, махнул рукой, стал что-то писать, позвонил, и меня увели. Я думал — ведут на улицу.. Засунули в темницу — в натуральном смысле слова — темница. На дворе еще светло, а тут уже почти темно. Ближе к вечеру стало совсем темно, зажглась одна тусклая лампочка. Принесли еду. Я стал понемногу осматриваться. В камере — человек 14. По большей части взрослые мужики, несколько парней лет по 25, и я один пацан. Скукотища страшная, мне наконец-то по настоящему стало страшно и жалко себя, и главное — я не понимал — что происходит. Что дальше? И когда? Я бродил из угла в угол, смотря себе под ноги, хотя если бы посматривал на мужиков, то заметил бы, наверное, что мое длительное хождение у них под носом не прошло для них незамеченным.
Дальше все произошло быстро, как нападение толпы на улице.. как только был дан отбой и лампочка погасла, в тот же миг меня схватили, дали несильно для профилактики в морду, быстро сорвали всю одежду, на пол камеры бросили матрацы и поставили меня раком. Я не хотел верить в происходящее, но пришлось — в лицо мне тыкался здоровенный стоящий хуй. Я попробовал мотать головой, но тут же получил крепкую затрещину, в мой рот грубо влезла чья-то ладонь, меня довольно чувствительно взяли за волосы и уже через секунду в рот всунули хуй. Я так обалдел от происходящего спереди, что не сразу понял, что сзади тоже что-то происходит. Сосать я уже сосал к тому времени — у многих парней из школы это было обычным развлечением — дать в рот или взять в рот, мы относились к этому как к игре, и никогда не возникало желание именно трахать друг друга, так как трахать — это уже секс, это гомосексуализм, а взаимный отсос — это даже не секс, это просто доставить удовольствие другу. Некоторые трахались в попу, но это было скорее исключением — я не пробовал, меня тянуло на девочек. Сосали даже прямо на уроке — у нас не было парт, а были такие длинные столы и длинные скамейки вдоль них в два ряда, одна училка была старая и всегда сидела весь урок, так что однажды когда мой сосед листал порножурнал, он достал свой хуй и стал немножко дрочить — я просто сполз под стол и взял у него в рот. Листать журнал ему стало явно намного интереснее, а меня совсем не смутило то, что я встретился глазами с девочкой, сидевшей в соседнем ряду.
На физкультуре было намного свободнее — мы переодевались, принимали душ, и чем только ни занимались — возились, сосали, дрочили, соревновались — у кого дальше струя спермы вылетит, а еще были "парные состязания" — один дрочит и кончает, а другой сидит на расстоянии метра от него и ловит брызгающую сперму ртом. Некоторым удавалось! Но не трахались и к девчонкам тоже не приставали — отношения с девочками — это было "серьезно", а отсосать другу — совсем другое дело.
Там же меня впервые приобщили к "фут-фетишу". Как-то я заметил после окончания урока физкультуры несколько мальчиков, …тихо шебаршащихся в углу — остальные интереса не проявляли. В руке одного я увидел носочек девочки — выпросил у одной из девчонок (сомневаюсь, что она не знала — для чего). Они передавали его друг другу, внюхивались и ожесточенно дрочили. Я был удивлен, но тоже взял понюхать — запах был довольно сильный, сразу видно — девочка активно бегала на жаре. Я кончил, почти не прикасаясь к хую, и потом сам отнес той девочке ее носочек. Сказал ей, что нюхал и кончил, и еще раз чуть не кончил от того, что говорю ей такое. Она довольно покраснела. Скромница такая. Впоследствии она еще несколько раз скромно уступала моим просьбам — с ней я чувствовал себя раскованным, нагло подходил и просил носочки. Она каждый раз густо краснела, деловито снимала туфельки, носочки
В коридоре вдалеке горела едва-едва светившая лампочка, но этого было достаточно, чтобы через несколько минут глаза привыкли к темноте и стало видно довольно неплохо. Теперь я видел те хуи, которые ебали меня в рот. Кто-то спускал прямо в горло, засунув по самые яйца — я задерживал дыхание и терпел, пока конвульсивно вздрагивающий в горле хуй не выползал наружу, и я мог снова дышать. Кто-то наоборот — кончал прямо на лицо. Ощущения в попе слились в одно, я не слишком различал разницу между хуями, и не знаю — было ли бы мне приятно, если бы я полностью расслабился, но все же я был напуган тем, что меня ебут мужики, так что ощущения были нейтральные. Неожиданно передо мой мужики расступились, и я увидел, что у камеры стоят два охранника и внимательно смотрят. Меня подвели к решетке, поставили на колени, один из охранников просунул свой хуй и я взял его в рот. С этого момента ситуация начала меня возбуждать. Он не ебал меня в рот, а словно предоставил мне инициативу. Я боялся, что он разозлится, если я ничего не буду делать, и стал сосать. Через пару минут охранник отстранился, зазвенел ключами, дверь открылась и меня выпихнули из камеры. Охранники повели меня по коридору, и я не сомневался, что меня снова будут ебать.
Когда они втолкнули меня в каморку, яркий свет меня ослепил. Из попы течет сперма, я весь голый и отъебанный, в комнате — человек пять охранников, или шесть. Сразу было видно, что у них постоянно есть возможность кого-то ебать — они не набросились на меня, как заключенные в камере, а просто сидели и смотрели, дрочили только двое или трое. Тот, кому я сосал, положил меня спиной на стол, задрал мне ноги и ввел хуй. В такой позе его хуй, немного к тому же еще загнутый кверху, стал так приятно тереться внутри попы, что мне стало по-настоящему приятно. Это совсем не те ощущения, когда дрочишь — вся область таза, весь живот, бедра словно наполняются вибрацией оргазма, но не кончаешь. Хуй встал, причем не как обычно — он очень сильно встал, у меня никогда еще так сильно он не вставал. При каждом толчке хуй качался из стороны в сторону. И все же от стыда я не мог полностью отдаться ощущениям. Сначала мои ноги лежали на плечах охранника, но он приказал мне взять их руками за щиколотки и самому так держать. Видимо, мой вид в такой позе возбудил его очень сильно, так как он стал часто останавливаться и было видно, что скоро он кончит. И точно — он стал кончать, но и тут удивил меня — он взял мои ступни и стал лизать их, сосать пальцы ног, внюхиваться, и так и кончил. Я вспомнил, как сам кончил от запаха носочков девочки, и подумал, что наверное и у парней ноги пахнут не менее возбуждающе, раз этот мужик так страстно их нюхал и лизал. Подошел второй охранник, снова приказал взяться руками за щиколотки и развести ноги, вставил и стал ебать. Дверь в каморку открылась, и в нее вошла. девушка! За все время, пока ее ебали, я ни разу не видел, чтобы ее ебали во влагалище — видимо, и тут есть свой кодекс чести. Ее раздели и положили в точности такую же позу рядом со мной, тоже задрали ноги и стали ебать. Я не мог оторваться от этого! Охранник, который ебал меня, взял мою руку и положил на грудь девушки. Я отдернул ее со стыдом, и получил затрещину. Он снова взял мою руку и силой положил ей на грудь. Я начал ее тискать. Она смотрела на меня, я на нее, и нас ебали в попу, сменяясь, а я тискал ее грудь, и думал только об одном — вдруг и мне дадут ее трахнуть, ведь тут все можно! Если попросить? Но все оказалось проще — меня спустили на пол, охранник просто приказал девушке, и она села сверху попой на мой хуй. Что ей приказали, то она и сделала — ей приказали сесть, и она села. Ей не приказывали двигаться, поэтому она просто сидела, полностью насаженная попой на хуй, и смотрела на меня. Охранники шутили что-то про первую любовь, один из них подошел, дал ей в рот, и кончил, потом пригнул ко мне и приказал целоваться. Я совсем не ожидал, что она не станет глотать сперму, и поцелуй оказался удивительным — со спермой. В такой позе ей было трудно сидеть, я вдруг понял, что разрешения можно не спрашивать — сел, не снимая ее с хуя, потом опрокинул ее на спину и стал ебать в попу, и вдруг вспомнил — ножки! Взял ее ступни, стал лизать и больше не мог сдерживаться и кончил. В этот момент один из охранников приказал мне не высовывать хуй, лег сверху, пригнув меня прямо к ней, и стал ебать в попу, приговаривая, что нет ничего прекраснее, чем ебать в попу кончившего мальчика. Уже через минуту мой хуй встал прямо у нее в попе.
Потом меня отвели в камеру. Охранник сказал, что завтра меня отпустят. Он ни слова не сказал о том, чтобы я никому ничего не говорил — в этой стране никому не приходит в голову говорить такие банальности — это очевидно. В камере все уже спали. Но как только я лег на кровать, кто-то встал, подошел к моей кровати, лег рядом, повернул меня спиной, засунул в попу хуй и трахал медленно, то замирая на минуту-другую, то снова начиная потихоньку ебать. Потом он кончил, и я к тому времени уже почти уснул, и мы так и уснули.
Рано утром охранники увели меня в душ, я мылся под душем вместе с ними, и там был еще один заключенный, судя по его заискивающему поведению. Он был взрослый, как мне тогда казалось, лет 25. Ебать меня не стали, но после помывки, в предбаннике один из них сел, положил ногу на ногу, взял меня за шею и пригнул вниз. Я не понял — чего он хочет, и только когда он ткнул меня лицом в свою ногу, я понял, что он хочет, чтобы я лизал ее. Я не стал рисковать непослушанием, тем более что мы были сразу после душа, и стал вылизывать ему ногу, а он стал дрочить. Тут я увидел, как стали ебать этого — 25-летнего. Впервые я увидел, как ебутся взрослые парни — охраннику было лет 40, он был мощного телосложения и засаживал хуй с размаху, сопровождая каждый удар коротким стоном. Мне было удивительно — как парень терпит такую еблю, но он терпел, его хуй болтался. Опять привели девушку — другую, она вела себя не …так покорно, пыталась говорить им что-то, но ее без слов завалили и быстро преодолели сопротивление. Пришел еще охранник и сказал, что мне пора уходить. Я понял, что есть какие-то правила, по которым они не смогут меня тут держать дольше, и решил рискнуть! Я обернулся к тому, кому я лизал ногу, пододвинулся к нему, отодвинул его руку, сам взял в рот его хуй, пососал головку, и, дроча ему, попросил разрешения трахнуть и эту девушку. Он пожал плечами и я понял, что меня сейчас вышвырнут, но он лишь сказал — "еби". Я подошел к ним, дождался, пока один из них кончит ей в попу и встанет, развернул ее лицом ко мне, она плакала. Положил ее на спину, задрал ноги и легко засунул хуй ей в попу, лег на нее и стал ебать. Мне было совестно ебать плачущую девушку, это ведь было настоящим изнасилованием, но я был в чужой стране, тут были такие порядки, и потом я просто не мог оторваться от девушки, и я стал думать о том, что то, что я ее трахну, никак ничего не изменит в ее жизни, вдруг мне захотелось целовать ее лицо, я стал ее целовать в глаза, губы, вылизывать ее лицо, вдруг она обняла меня руками и ногами, прижалась ко мне, стала отвечать на поцелуи, и я почему-то не кончил — расхотелось кончать, я еще поебал ее немного и остановился, хотелось просто лежать на ней с хуем в ее попке, подошел охранник, стащил меня с нее и увел. Когда я одевался на выход, он спросил — почему я не кончил? Я пожал плечами. Я и сам не понимаю, что тогда испытывал.
Айк.
Попался
Тридцатипятилетний высокий, широкоплечий, по-мужски, без излишеств одет, глаза улыбаются, взгляд располагает к общению. За первые пять минут знакомства Иван Иванович успел мне понравиться. Он позвонил мне по объявлению о знакомстве с мужчиной, которое я недавно размещал в газете, представился как начинающий, вернее как проявляющий интерес, но еще не определившийся в своих мечтах.
Он задавал и задавал вопросы…
Мне было интересно отвечать. Это было впервые: человек проявлял неподдельный интерес к моему тайному прошлому. То, что приходилось всегда скрывать от родных, друзей, сослуживцев, я с удовольствием рассказывал ему. Начал задавать вопросы о моем гомосексуальном опыте: что мне нравиться, что не нравиться, как я доставлял удовольствие мужчинам. Короче говоря, я рассказал ему за час с небольшим все о своем небогатом тайном прошлом. Потом он расспрашивал где я учусь, кем хочу стать. Мы пообщались еще около часа.
Долгий разговор окончательно заворожил меня. Я не чувствовал сексуального интереса с его стороны и это просто потянуло меня к нему. Мы продолжали общаться, но теперь я вел себя совсем иначе. Я начал заигрывать к нему. Иван Иванович это заметил, но оставил без внимания. Я окончательно сексуально возбудился — какой мужчина!!!
— Ладно, хорошо пообщались, пора приступить к главному. Я, кажется, кое-что придумал. Пройдемся, — предложил он.
Мы до глубокой ночи гуляли по району. Иван Иванович привел меня в какой-то парк, людей там уже не было. Я знал, зачем мы сюда пришли… Мой член стоял как столб, смазка уже намочила трусы, я не мог дождаться желанной минуты. Он подвел меня к скамейке, сказал сесть, погладил мое лицо. Свое нетерпение я выразил тем, что начал целовать его руку — ладонь была широкая и крепкая. Все в нем будоражило мое нетерпеливое желание…
Иван Иванович еще раз осмотрелся, убедился, что в ночном парке людей уже нет:
— Расстегни сам, — наконец сказал он и подошел вплотную ко мне.
Змейка на ширинке поддалась легко. Мои пальцы проникли под резинку его трусов, погладили лобковые волосы, прикоснулись к члену. Наконец-то я достал его и принялся ласкать рукой. Солидный размер.
Губами я коснулся набухшей головки, поласкал ее языком снизу. Потом слюной увлажнил свои губы и очень нежно расслабленными губами принялся делать минет. Мне нравилось красивый возбужденный орган. Я старался доставить максимум удовольствия его владельцу.
Так продолжалось не долго. Иван Иванович остановил меня, заправился, предложил пройтись еще. Мы снова гуляли по району. Он начал задавать вопросы понравилось ли мне то, что произошло, что я чувствовал, как я это делал. Я ответил, что мне очень понравилось, что у него красивый и ароматный член, рассказал о своем вожделении к нему.
— Так ты сучка? — он резко остановился и посмотрел мне в глаза.
Будучи выше меня ростом сантиметров на десять, Иван Иванович нависал надо мной.
— Можно, наверное, и так сказать, — ответил я.
— Не можно, а так и есть. Ты теперь моя сучка, — его голос перестал быть обаятельным, — понял? Будешь приходить ко мне тогда, когда я скажу. Иначе будет плохо.
Такие слова не понравились мне, я растерялся, не знал как себя вести. Резкая перемена Ивана Ивановича выбила меня из колеи. Он продолжил говорить сильным громким голосом:
— Все, что ты мне рассказал сегодня, было записано на диктофон. Там весь твой педрильский опыт, место учебы, домашний телефон я знаю и так. Могу тебя хоть завтра наказать за все твое блядство. Пошлю мамочке кассетку послушать или дам бомжу пятерку, так он лично в руки ей передаст. Думаю, смешно ей не будет. Потом ребятам и девчатам в колледж. Ты продолжишь там учиться? Два года на хрен, можно выкинуть из жизни. Да и потом, со своими связями, найду тебя в городе всегда, и будет опять сюрприз. Выхода нет, выбора нет, я тебя ни о чем просить не собираюсь. Ты — сука. А теперь — ты моя сука. Пойдем.
Иван Иванович не дожидаясь меня быстро куда-то пошел. Все еще была глубокая ночь.
Блядь, как я испугался! Это был пиздец! Я понял сразу, что попал под его власть полностью. Покорно, без настроения я поплелся за ним.
— Что скис, чего молчим? — издевательски произнес он, — а ну, бодрее, так мне больше нравиться.
— Задумался, — пробормотал я.
Снова резко остановился, посмотрел на меня, опять пошел.
— Могу заставить тебя быть веселее.
Резкая остановка и ощутимый удар кулаком в грудь. Я замер, даже не думая оказать сопротивление. Страх сожрал меня полностью.
— Теперь ты должен признать, что ты моя сучка. Говори это, — Иван Иванович пристально смотрел на меня.
Я не поднимал глаз и молчал.
Следующий удар по шее сбоку раскрытой ладонью чуть не сбил меня с ног. Очень больно, в глазах помутнело, но быстро отпустило.
— Я твоя сучка, — от страха меня подташнивало.
— И что теперь ты собираешься делать?
— Пойти домой, поздно уже, родители, наверное, волнуются, — последняя надежда вырваться хоть на время из его лап.
Я не говорил — я мямлил еле слышно и почти неразборчиво.
— А когда ты сосал у меня в час ночи, родители не волновались? — Иван Иванович почти кричал.
Попытка не удалась. Я не сильно и надеялся.
— Пойдем, научу тебя возбужда
с:— Я твоя сучка.
— Будешь делать все, что я скажу?
— Да.
— Кто ты?
— Сучка.
— Говори «сука», а не «сучка».
— Сука.
— Сейчас, блядь, получишь.
Он поднес член к моей попе, нашел вход и резко втолкнул в меня головку. От боли …слезы брызнули из моих глаз, но я не посмел попытаться отодвинуться и продолжал раздвигать свою попу для него. Было очень больно и унизительно.
— Включи фантазию и расскажи, что ты, как сука будешь делать, чтобы ублажить меня?
Иван Иванович, не трахая меня, полностью наслаждался своей властью надо мной – я продолжал стоять в унизительной позе просто надетый на его член. Наверное, начали включаться некие защитные свойства психики, я понемногу успокаивался от стресса – мне было противно и одновременно я начал получать маленькие капельки удовольствия от своего подчинения чужой воле.
— Все буду делать. Сосать член, лизать головку, яички. Все, что скажешь.
— Жопу подставлять будешь, залупу сосать, языком работать где скажут, понял блядь. Я — твой самец, ты — моя собственность. Поворачивайся, лижи языком мне залупу.
Повернувшись, я попытался присесть, но он сказал, чтобы я оставался в позе и не смел распрямлять спину.
— Наедине, всегда будешь сразу принимать такую позу, бегать за мной и лизать мне руку.
Я начал вылизывать языком его головку. Без физического насилия с его стороны такое отношение уже даже возбуждало меня. Я начал снова стараться доставить ему удовольствие.
— Так, теперь: язык в рот не засовывать, понял? Лизать двигая головой, как сука. Поскуливай, слюну не глотай, чтобы она текла из твоей пасти, понял? Называть меня будешь Иваныч. Я теперь твой самец, понял? — он легко ткнул меня кулаком в бок, подхлестывая к действию.
Я делал так, как мне сказали — тихонько скулил, высунув язык на максимальную длину, двигал головой, вылизывая головку его члена. Слюна текла на его член и капала на пол. Меня начинало возбуждать мое подчинение.
Несколько слащавых педиков, которые были до Иваныча, лебезя и заискивая добирались до моей попы, чтобы потрахать молодое, почти невинное тело. Иваныч был другим. Он заставил меня подчиниться, не оставил мне выбора, сделал из меня действительно свою суку.
— На колени, залез под меня. Давай быстро, блядь, — он хотел еще как-то продемонстрировать свою доминантность.
Зажав меня коленями под собой, Иваныч засунул мне большой палец глубоко в горло:
— Теперь соси это, — и палец уперся в мои гланды.
Я сосал и лизал его палец, пока другой рукой он продолжал дрочить над моим лицом.
— Будешь себя плохо вести, заставлю жрать говно по подъездам и отсасывать у бомжей! Понял, блядь, говори, кто я для тебя?
С пальцем во рту я промычал:
— Мой самец, а я твоя сука.
— Вылазь сука, нагнулся раком!
Иваныч резко ввел глубоко в мою попу палец и потянул рукой вверх. От боли снова хлынули слезы, чтобы было хоть чуть-чуть легче, приходилось немного подпрыгивать. Ему это очень нравилось.
— Пока я дрочу, лижи куда достанешь и старайся, блядь, — снова рывок рукой вверх и очередная порция слез.
Я языком пытался лизать головку члена под его кулаком, которым все сильнее и резче получал по губам и по носу от его мастурбирующих движений.
— Засосешь сейчас все и проглотишь, блядь, иначе тебе пиздец, понял? Давай, сука, глотай, блядь, на тебе…
Он до самого горла загнал в мой рот член и остановился. Держа меня за шею, чтобы я не оттолкнулся из-за рвотного рефлекса, также остановил меня. Через мгновение его член начал пульсировать и выбрасывать в мое горло сперму. Я не мог ее проглотить, мешал глубоко засаженный член.
— Вот так должен кончать уважающий себя самец, — довольно произнес он, — понравилось, сука?
Я кивнул. Он продолжал держать меня за шею, пока окончательно не обмяк его орган. Я отстранился и проглотил, наконец, его сперму. Начинался рассвет.
От боли и пережитых унижений было тяжело дышать.
— Вылижешь мне яйца и пойдешь домой, — Иваныч говорил уже спокойно, удовлетворенно прищуривая глаза.
Пришлось стараться еще несколько минут, прежде чем полностью удовлетворивший свои инстинкты самец разрешил мне одеться и идти домой.
Email: _marten@mail.ru.