И даже пень в апрельский день березкой снова стать мечтает

Как должна вести себя женщина, когда узнаёт, что муж ей изменяет? Я уже проплакала три часа, и почти час ругалась матом, пиная кровать и другую мебель. Мебели это не принесло существенных увечий, пинала я её аккуратно, она же денег стоит. Что ещё можно сделать? Напиться с подругой?! Пойти переспать с соседом, который давно на меня смотрит со значением? Слышала, помогает битье посуды. Нет! Посуду жалко. Я эти тарелки полгода выбирала. В общем, открыла ноутбук и полезла в интернет. Он всё знает и наверняка подскажет, как должны себя вести жены в такой ситуации. Ничего нового и интересного не узнала. Сначала надо понять причину, может вы сами в чём-то виноваты. Заревела ещё горше. Возможно, так и есть. Этот мерзавец, а по совместительству мой супруг, считает меня бревном. Он так и написал в переписке с одной кралей: «моя жена полное бревно не способное на какие-нибудь, даже маломальские, эксперименты». А она, гадость такая, ещё и советы ему давала: «мол попробуй её расшевелить». На что, благоверный ответил: «пробовал, бесполезно».

Ой, не могу! Как хочется кого-нибудь прибить, придушить, растоптать. Досталось опять бедной мебели и стенам, хотя больше ногам и рукам. Самое обидное, что этот урод, точнее мой дрожащий супруг, считает меня ещё и «глупым» бревном. Ведь он даже не утруждал себя убирать историю сообщений из аськи, или хотя бы не ставить галочку в поле запомнить пароль. Похоже ему совершенно наплевать на мои чувства и нашу семью. А ведь я мать его ребенка. Опять реву, себя жалко, а Полинку ещё сильнее жалко. Она этого гада, точнее своего папку, так сильно любит, как хвостик за ним ходит. Я даже ревную иногда. Скотина он, просто скотина! Я, то реву, то опять пинаю мебель. Так! Плакать надо прекращать! Скоро Андрей должен с Полей прийти. Про ужин я как-то за всеми волнениями и забыла. Хорошо, пельмешки есть. Прямо, как в рекламе: «сама лепила, Дарья».
— Солнышко, мы дома! Нет, ну какой мерзавец, солнышком еще называет! Руки сами тянутся к сковородке, скалке или ещё чему-нибудь тяжёлому, разбить об голову этого бабника, экспериментатора хренового. На кухню забегает дочка и злость проходит. Это мое счастье, это моя семья. И я не позволю её разрушить! Бревно говорите?! Что ж, ведь «даже пень в апрельский день, березкой снова стать мечтает». Я вам покажу, бревно! Сами бревнами захотите стать.

После ужина Андрей сразу же уселся за компьютер, сказав, что немного поработает, а потом будет смотреть хоккей в записи. Он у меня журналист, а ещё заядлый болельщик. Хоккей… как же, наверное, с кралей своей опять будет переписываться. Ай, как хочется устроить скандал, и стукнуть его чем-нибудь тяжелым. Прямо руки чешутся, впрочем, ноги тоже согласны поучаствовать. Нет, вместо этого мою посуду, тихонько охая и всхлипывая. Ничего «отольются кошке мышкины слёзки», точнее «неблагодарному развратному коту». Когда муж уснул, я бегом за ноутбук. Вы только поглядите! Он на свидание с ней собирается! Жаль мебель нельзя попинать, дочка спит и мой «идеальный супруг» тоже. Развалился на кровати во весь свой немалый рост, красивый и сильный, так и хочется лечь к нему под бочок и почувствовать, как его лапища обнимает мою грудь. Бревно?! Неужто правда?!

Врага надо знать в лицо. Точнее держать близко к себе. Пришлось мне регистрироваться в аське и «стучаться» к этой лярве с предложением дружбы. Занятная, однако, оказалась дамочка. Себя она позиционировала, как «сексуально раскрепощённую бисексуалку». Значит и вашим и нашим и со всеми вместе, спляшем, а будет настроение ещё и споём, хором. Блядища — одним словом. Никогда не понимала этой бисексуальности. Хотя конечно! Я же «пень», точнее «бревно», куда уж мне. Это ведь она б-б-б… «бисексуалка»… «раскрепощённая»… Хм… А что если?… Я… А почему бы и нет! Ах, какая же я стерва! Пусть лучше стерва, чем бревно! План «страшной мести» созрел. Дальше остались мелочи.

Свидание с Элеонорой. Бог ты мой! Имечко-то какое себе выдумала, лишь бы казаться интересней, чем другие. То, что она на меня клюнет, я поняла сразу, как только вошла в кафе. В тоже самое, где эта стерва встречалась с моим мужем. Конечно я постаралась, три часа провела перед зеркалом. Если честно, ни на одно свидание ещё так тщательно не собиралась. Потому что мужики, они обычно видят картинку в целом не замечая нюансов, мелочей, вроде чуть облупившегося лака на ногтях или не дощипанных бровей. Нет уж! Не дождёшься «сучка бисексуальная», я буду идеальной. Произведенным эффектом осталась довольна. Не только Элеонора, но и большинство посетителей этого кафе, обратило на меня внимание. Ещё бы! Со времён студенчества не одевала такую короткую юбку и такие высокие каблуки. А мне есть, что показать, я себя в форме держу. Может я и бревно, но бревно красивое и стройное. И иду не как кузнечик с больными ногами, а красиво иду, плыву просто. Ай! Падаю тоже красиво. Во всяком случае мужикам точно понравилось. Некоторые вон даже со стульев повскакивали.

Конечно, ведь моя супер короткая юбка задралась до пояса, обнажив промежность. А там есть на что посмотреть, чулки и ярко алые трусики стринги. Подозреваю, цвет моего лица стал приближаться к цвету этих дурацких трусиков. Ну ничего, пусть смотрят почему бы и не полюбоваться красивой женщиной и тем что у неё под юбкой. Что касается Элеоноры, то в ней я не нашла ничего примечательного, кроме ярко рыжих крашенных волос. Лицо простоватое. Фигура? Ну тоже не ахти. Грудь маленькая несмотря на бюстгальтер пуш-ап. Талия не выражена, попа так себе. Нет, не было в ней женственности. А до моих гитарных форм ей вообще далеко, как до монгольской границы, хотя, наверное, до китайской ещё дальше. В общем, ей не светит. Впрочем, цвет глаз у Элеоноры красивый, если конечно это не линзы. Я злорадно подумала, что с такой фигурой и рожей только экспериментами и можно брать.

Ей сказала почти как есть. Хочу устроить сюрприз мужу, который давно хотел попробовать секс с двумя девушками. Что я, с девушками никогда не была, но страстно жажду это испытать. Тут я немножко покривила душой. Ни о чем подобном я никогда не мечтала… Просто, не хочу больше быть «пнём» или «деревом». Хочу быть желанной для моего мужа, чтобы он не бегал по всяким рыжим облезлым кошкам.

У Норочки, так, по-простому, она попросила себя называть, от такого прямого предложения, загорелись глазки. И десяти минут не прошло, а она уже вовсю оглаживает мне ручку и трётся ножкой под столом о мою, сучка похотливая. Только бы чулки не порвала, дура! Мужики, обратившие на меня внимание, постепенно понимают, что мы сторонницы лесбийской любви. Смотрят, кто любопытством, кто с сожалением, кто с презрением. Щёчки мои опять предательски заалели. Стыдно то как! Но Норочка конечно всё истолковала по-своему, и ещё усерднее начала орудовать ногой. И что только не приходится терпеть из-за желания не казаться бревном… Это были ещё цветочки. Когда мы выходили из кафе, эта «и нашим и вашим», хватает меня в охапку, прислоняет к стене и целует взасос в губы, а руками при этом ещё и грудь мою наминает. Я опешила, честное слово. И, наверное, от удивления открыла рот шире, а она видимо подумав, что её усилия не пропали даром, и я на седьмом небе от счастья, засунула туда свой блядский язык. Фу, какая гадость! Первым желанием было закатить ей хорошенькую оплеуху, словно приличная девушка в ответ на не позволительную дерзость своего поклонника. «Моя жена бревно, не способное на какие-нибудь даже маломальские эксперименты», всплывает в голове.

Ах, бревно?! Ах, не способное?! Эксперименты, говоришь! Да пошёл ты! Придурок! И я ей ответила, так ответила, что засосала её язык полностью в себя, ещё и за рыжие патлы схватила, чтобы, блядь такая, не вырвалась. Свою ногу между её ножек и вверх до упора. Эта стерва — без трусов, вся влажная, трётся о меня и стонет. Мерзость, да и только! А в голове опять: «Бревно… не способна… эксперименты». Не способная говоришь? Залезаю пальчиками в её влажную щёлку. Элеонора извивается под моими пальцами, да всё норовит насадиться на них поглубже. Она возбуждена, да еще как, из неё просто течёт. Странно… но больше «фи» я не испытываю. Губы мягкие, влажные, нежные… обволакивают… Мне не дали разобраться в своих ощущениях, в коридор из основного зала вываливается целая толпа народа. Я, точнее — мы, опять в центре внимания. На этот раз, кажется даже Элеонора смутилась. Как миленько, у неё покраснели ушки.
С Норочкой мы расстались вполне довольные друг другом, договорившись встретиться, через неделю, в номере отеля. Сначала друг с другом, а потом к нам присоединится именинник. Да, это событие я решила приурочить к 35-летию мужа. И тут, как говорится — «либо пан, либо пропал». На карту поставлено самое важное в моей жизни — семья.

Когда вернулась домой, Андрей уже был дома и о чём-то болтал с Полинкой на кухне. Так, быстрее переодеваться. Если он увидит меня в такой короткой юбке, будет более чем удивлен. А удивлять потихоньку, в мои планы не входило. Уж если удивлять, то как обухом по голове, так, чтобы у него там, в его кобелиной башке, всё перевернулось. Андрея очень воодушевила идея, отметить день рождения наедине в номере отеля, мозги сразу заработали в нужном направлении. Глазки загорелись, а ручки зачесались и давай меня оглаживать. Может у нас всё не так уж и плохо? Может он меня ещё хоть чуточку любит?

Обошла все магазины города в поисках сексуального белья. В магазин «Интим» тоже заглянула. Там и приобрела очень миленький комплектик: бюстгальтер приподнимающий грудь, но оставляющий открытыми соски, а также трусики, кажущиеся на первый взгляд обычными. Однако в них был секрет — разрез на интимном месте, оставляющий промежность доступной. Белье ярко алое, чулки красные в сеточку. Когда я примерила всё это дома, захотела сама себя. Не женщина — страсть, похоть, призыв, чистый секс. Почему за 9 лет семейной жизни, мне ни разу не взбрело в голову купить нечто подобное. Бревно, одним словом, может и прав был мой Андрюша?

К этой встрече я отнеслась, пожалуй, ещё серьезней, чем к свиданию с Элеонорой. На этот раз тремя часами дело не обошлось. Полдня провела в салоне красоты. Эффект потрясающий, я и так красотка хоть куда, а теперь стала просто богиней. Дома ещё и очистительную клизму сделала, а после вставила с себя анальную пробку, приобретенную всё в том же «Интиме». Эксперименты, значит эксперименты, я готова!

На место встречи, в отель, пришла на час раньше условленного времени. Поднялась в номер, походила по комнатам, разделась и плюхнулась на стул. Вот чёрт! Анальная пробка, будь она неладна! А может, ну их, эти эксперименты, и пробку эту тоже вместе с ними? Как она там кстати? Пошла в ванную, аккуратно вытащила, помыла её тёплой водичкой, вытерла, повертела в руках. Вот ведь люди, чего только не придумают… Немного подумала и вставила обратно. А куда её девать? Она ведь денег стоит, забуду ещё потом, пусть лучше во мне будет, так сохранней. От всех своих переживаний и приготовлений мандражирую немного. В дверь постучали, вот и Норочка. Увидев меня, а открыла дверь я ей только в одном белье, она обалдело захлопала глазами восхищенно пролепетав: «Анюта, ты просто красавица». Норочка, впрочем, и сама принарядилась, даже патлы свои рыжие завила. На мой взгляд, красоты это ей мало добавило. Как была облезлой кошкой, так и осталась. Да ладно, чего я придираюсь к девочке, вполне она ничего… ничего хорошего… но ведь мой Андрюша в ней, что-то нашёл. Фиг поймешь этих мужиков, таскаются по всяким бисексуалкам экспериментаторшам, вместо того чтобы свою жену хорошенько расшевелить. Только Элеонора прошлась по номеру и вошла в другую комнату. Стук в дверь. А вот и мой милый! Господи, как же страшно не быть «бревном». Всё тело дрожит мелкой дрожью, ноги подкашиваются. До двери только несколько шагов, а кажется целая сотня метров. Так! Я смелая, ещё какая смелая. Я не буду прятать голову в песок, убегая от проблем. Распахиваю настежь дверь.
— Здравствуй, милый! Милый, вытаращил на меня глаза, и как-то странно задышал. В 35 лет надеюсь не бывает инфарктов? А ведь он не видел ещё основного сюрприза. Элеонора пока спряталась во второй комнате.
— Аня, я… ты… — и опять часто задышал.
— Нравится, Андрюша?

Он быстро забегает в номер и оглядываясь закрывает дверь. Наверно боится что такую красоту кто-то еще кроме него увидит.
— Аня, ты просто голову сносишь!
— Только голову? Кладу руку ему на ширинку. Ооо! Как там всё живенько! Вместо ответа он меня хватает в охапку и целует. Мы давно так не целовались, мы вообще давно целовались. На миг я выпала из реальности. А он уже во всю тискает мою грудь и гладит между ножек. Зачем я Элеонору пригласила? Вот, дурища! Мое дыхание тоже сбилось, постанываю и трусь о него всем телом. А он мнёт меня своими ручищами, красивыми и сильными. Мой! Мой, только мой! Хочется кричать мне. Предатель! Гад, изменщик! Но как же я люблю его. Бревно?! Разве так целуют «бревна». Сладко, горячо, прямо с какой-то… животной страстью… Элеонора! Чёрт бы её побрал!
— Милый, подожди, — шепчу я задыхаясь,
— Это ещё не все сюрпризы на сегодня.

Он меня не слушает, взял в плен сосок моей груди, посасывает, покусывает.
— ААААА… Андрей… ааааа… пппп… подожди…

Удается отстраниться. Если уж взялась быть стервой, то надо быть ею до конца, надеюсь Элеонора никуда не испарилась.
— Милый, закрой глазки, — шепчу я, голосом Евы дающей Адаму, то самое, злосчастное яблочко.
— Пойдём со мной, в комнате ещё один сюрприз для тебя.

Он послушно закрывает глаза. Веду его за руку. Элеонора скромненько сидит на огромнейшей кровати и смотрится сиротливо. При виде нас, вскакивает. Побледнела бедненькая. Ага! Узнала драная кошка, чью мышку съела!
— Андрюша, открывай глаза.

Собственно ради этой сцены, я и затеяла все эти хлопоты. Хорошая сценка получилась. Не хуже, чем в «Ревизоре» Гоголя. «Ревизия семейной жизни», так сказать. Драная кошка становилась всё бледнее и бледнее, глазки в пол опустила, ну просто агнец невинный, а не раскрепощенная библядьсексуалка. Мой Андрей выпучил глаза, покраснел, как варёный рак. Бурно, часто задышал, начал хватать ртом воздух и даже схватился за сердце. Нет, минуту назад не умер и сейчас не умрёт. Как говорится: «Что нас не убивает, то делает нас сильнее». А я улыбаюсь во всю.
— Аня, что ты затеяла! — рычит мой супруг.
— Как что, любимый?
— Воплощение всех твоих фантазий.

Руку ему в ширинку. Ага! Сердце! Ну конечно! Знаю я где у вас мужиков сердце! Стоит колом! Что и требовалось доказать!

Он всё также нервно дышит. Я невинно хлопаю глазками.
— Тебе не нравится «состав сборной», любимый?
— Мало? Может быть «выпустить на лёд пятёрку»?

Молчит, пытаясь прожечь во мне дырку своим свирепым взглядом. Ха! Зря старается, не получится, сегодня я наглая девица.
— А ещё запомни, милый! Никакое я не бревно! Подхожу к бледной, дрожащей Элеоноре, она кстати давно разделась полностью, голенькая, в одних только чулочках

, а то и вовсе невесомо. Нежность, конечно приятна, но кончить от таких ласк, было невозможно… Зараза! Сучка драная, как же хорошо!!! Я тоже блаженно прикрываю глазки, смотрю на муженька лишь иногда. Забавное у него выражение лица, шок и желание одновременно. Стонем, гладим, трёмся друг о друга. Ещё немного и я стану убежденной лесбиянкой. Всё же целоваться с Норочкой приятно. Она не забывает, точнее ей нет нужды, бриться перед сексом. Её кожа не царапает мои нежные щёчки. Интереса становится в глазах мужа всё больше, а шока меньше.
— Присоединяйся милый, это ведь твой праздник.

Подходит к нам, красивый и сильный, выше обеих на целую голову. Льнем к нему, лаская теперь уже не друг друга, а его, самца находящегося рядом. Вся это сцена мне хорошо видна в зеркале шкафа: Андрей всё ещё в костюме и две полураздетые грации приникшие к нему. Впрочем, Элеоноре, до грации далеко и высоко, как до луны на небе. Кошка драная она. Присосалась к моему мужу, словно голодная пиявка. Хочется вцепиться в эти рыжие патлы, и пару раз приложить её бисексуальную голову о косяк двери. Но я же больше не ревнивое бревно! И способна на самые смелые сексуальные эксперименты! Поэтому терпеливо жду, когда эта сучка отсосётся от мужа и тот вспомнит о своей благоверной. «Не бревно» знает, где поцеловать. Начинаю раздевать его, пиджак уже на полу, расстёгиваю рубашку, попутно прикладываясь губами ко всем открывающимся участкам кожи. Руки Андрея не бездействуют. Мне достается правая, пальцы терзает сосочки моей груди, левая проделывает тоже с прыщиками Элеоноры. Ну ладно, так и быть, вполне ничего себе у неё грудь. Ай, какая кожа горячая, просто губы обижает. Слышно, как сердце колотится в его груди. Я не бревно любимый, но так хочется быть сейчас только вдвоем, прижиматься к тебя прислушиваясь к ритму родного сердца. Танцевать нашими телами музыку любви… и разве в этом танце есть место облезлым кошкам?! Нет, всё же не выдерживаю, тяну его за шею к себе, отрываю от похотливых губ Элеоноры. Сама припадаю к нему, целую крепко, сильно, пытаясь губами стереть вкус этой драной сучки. Я даже укусила его. Андрей вскрикнул, и свирепо уставился на меня. Теперь целую нежно, облизываю губы, дую, как на ранку ребенка.
— Девочки, вниз! — командует он, и даже чуть-чуть давит на наши головы.

Элеонора быстро подчиняется, и уже стоит на коленях. Резвая сучка. Ладно будем брать грацией. Тоже опускаюсь, плавно и мягко, как кошечка. Андрей смотрит во все глаза, расстёгивает брюки. Его красавец выскакивает, как чертик из табакерки. Какой большой, какой твёрдый. Я жена, мне можно первой. Плотно обхватываю головку губами, языком в прорези на самом кончике члена слизываю выступающую каплю. Сосу его, как большое вкусное мороженное. Ага?! Как же без Норочки, везде лезет рыжая потаскушка, вылизывает ему яйца. От такой двойной стимуляции, муж стонет, слегка выгибается, засовывая глубже своего красавца мне в рот. Элеонора отрывается от своего занятия. Смотрит на меня то ли с жадностью, то ли с завистью, её глаза лихорадочно блестят. Целую эту крашенную сучку, которая сразу же лезет своими знающими пальчиками между моих ножек. Отвечаю тем же, стонем друг другу в губы. Андрей не дает времени насладиться Норочкой, отрывает от меня рыжую голову и вставляет член, теперь уже ей в рот. Очень глубоко. Вот это техника! Я по сравнению с этой крашеной сучкой, в минете, уж точно бревно. Она жадно насаживается своим блядским ротиком, чуть ли не до основания члена. Муж накручивает её рыжие патлы себе на руку и не церемонясь трахает, комната наполняется развратными чавкающими звуками. От такой картины я обалдело захлопала глазками, мигом растеряв все браваду, реветь захотелось даже. Интересно, так делать минет где-то учат? Или это природная особенность, словно ей рвотный рефлекс отменили. Несмотря на то, что Андрей был несколько занят, мою растерянность заметил. Ехидничает.
— Дорогая, что застыла, кто-то совсем недавно утверждал, что она не бревно. Выцарапать бы его бесстыжие глазюки, прикрытые от удовольствия. Надо срочно что-то придумать. Знаю, чем его удивить! Пробка! Будь она неладна. Встаю на четвереньки, так чтобы муж видел мой чудесный зад, развожу шире ноги и начинаю ласкать себя, вытаскивая и опять засовывая эту миленькую штучку. Дырочка хорошо растянулась, пробка ходит, как по маслу. Оглядываюсь, хочу видеть выражение лица мужа. Это ещё один сюрприз для него. За все девять лет совместной жизни у нас никогда не было анального секса. Андрей предпринимал парочку робких шагов, но, что с меня возьмешь — бревно и есть бревно. Перестала терзать свою попку, направила пальчики к клитору и мне стало не до мужа с этой рыжей сучкой. Нет, смотреть на них смотрела, но воспринимала всё, как порно, к которому я иногда прибегаю, чтобы расслабиться по-быстрому. Не сдерживаю себя, стону в голос. Так и знала, что мужа это зрелище не оставит равнодушным. Минет, минетом, пусть даже и в стиле глубокая глотка, а отмена запрета на одно очень интересное место, очень заманчивая перспектива. Подскакивает ко мне.
— Анька! Ну ты и блядища, глаз невозможно отвести! Гм, пожалуй, блядища лучше, чем бревно. Поднимает меня на руки и переносит на огромную кровать. Я сразу встаю раком и теперь уже муж забавляется игрушкой в моей попке. Элеонора тут же, куда без неё. Примостилась передо мной. Дескать полижи, сделай мне приятно. Я не пень, не дерево трухлявое, я сексуально раскрепощенная. Дотрагиваюсь осторожно языком между её губок. Фу, какая гадость солёная! А эта крашеная сучка аж взвизгнула от удовольствия.
— Анечка, ещё! Прошу тебя! Лижи!
— Я не бревно, я не бревно. Я не бревно.

Не сразу поняла почему Андрей ржёт, сучка крашеная тоже улыбается. Блин, я кажется произнесла всё это вслух. Ну почему я всё время попадаю в дурацкие ситуации? Да пошли вы все! Вцепляюсь Элеоноре в бёдра и засасываю её клитор в себя. Кажется, ей больше не до смеха, пальцами, вон как, в простынь вцепилась. Да и течёт из неё, как из похотливой бляди, которая очень хочет, чтобы её трахнули. Андрей вытаскивает пробку из моей попки, вставляет туда пыльцы, но и про клитор не забывает. Ору. Кажется, из меня течёт не меньше, чем из Норочки. Да, быстро я преодолеваю расстояние от бревна до бляди, прямо семимильными шагами. Его руки на моих бедрах. Шире расставляет ноги. Прикосновения, хозяйские, уверенные. Подаюсь попкой навстречу. Разводит половинки и обильно смазывает сфинктер смазкой, дырочка давно растянута и готова к проникновению. Но всё же страшно. Зато Норочке, кажется более чем хорошо, вон как подвывает под напором моего языка. Андрей врывается в мою попку одним мощным ударом. Кричу прямо в промежность этой рыжей сучки. Она тоже орет и кончает на моих губах. Муж не даёт даже небольшой передышки, не останавливается, чтобы я привыкла к его вторжению. Сразу же начинает резко двигаться, крепко, даже больно, держит за бедра и наносит удар за ударом. Элеонора распласталась на кровати, смотрит на нас во все глаза. Андрей трахает меня равномерными мощными движениями, каждое из которых отзывается небольшой сладостной болью в попке.
— Какая ты там узкая.

Движения члена становятся интенсивней, резче, вызывают всё новые и новые волны возбуждения. Выходит, из меня. Дырочка пульсирует пытаясь сжаться, опять глубокий немного болезненный толчок, в самую глубину и так повторяет несколько раз, забавляется, выходит, и снова вгоняет член обратно. А может так он пытается немного успокоиться и не кончить слишком быстро из-за узости и жара моей попки. Норочка наконец перестала таращить свои зеленые глазки и решила сделать мне приятно, полизать. Давно пора, это ж она библядьсексуалка раскованная. У неё просто волшебный язык, у меня даже ножки затряслись. Андрей держит крепко не давая им подогнуться и таранит членом. Как мне хорошо стало, прямо очень-очень. Напряглась, с дыханием нелады, воздуха не хватает. Ой, мамочки! Кажется, я сейчас кончу! Никогда не думала, что можно испытать оргазм от анала. А может это Норочкина заслуга?
— ААААА!

Такое ощущение, что внутри взорвалась петарда. Ба-бах и тепло по всему телу, ба-бах и удовольствия от макушки до пяток. В Андрее тоже кажется бабахнуло, зарычал аж. Резко вытаскивает член и разжимает руки, без его поддержки я падаю вперед, больно упираясь лицом в кровать. А он хватает Элеонору за волосы, рывком подтягивает к своему члену и выстреливает в её призывно открытый ротик струю спермы, заливая при этом её губы и подбородок. Рыжая сучка глотает, облизывается и сладко жмуриться от удовольствия, как кошка добравшаяся до любимого лакомства. Потом ещё и старательно вылизывает ствол мужа. С прискорбием про себя отмечаю. Всё же я бревно. Хоть убейте меня, но не смогу взять член в рот после того как он побывал в чьей-то попке.

После небольшой передышки был «второй тайм», когда мы поочередно скакали на Андрее в позе наездниц. Тут-то я дала Элеоноре сто очков вперед. Надо чаще заниматься спортом, бисексуалка раскованная. Вообще-то я ленивая до нельзя, и Андрей зная это, подарил мне годовой абонемент в спортзал. А он же денег стоит, причем немалых, вот и пришлось посещать тренировки. Наша сексуальная баталия на этом не закончилась. В «третьем тайме» я играла в меньшинстве… наслаждаясь численным превосходством команды соперников. Рыжая сучка предусмотрительно захватила с собой страпон и чего они только не вытворяли с моим телом.

Когда благоверный выпроводил Элеонору и вернулся в номер мы принялись за бутылку шампанского. Пришло время сыграть последнюю сценку этой трагикомедии. Овертайм, так сказать, всей игры. Ведь перспектива впускать в нашу постель Норочку или ещё каких-нибудь девиц меня ни капельки не прельщала. Теперь я знала, как играть и на чём играть.
— Милый, — невинно хлопаю я глазками, мне так понравились наши с тобой эксперименты.
— Да, неплохо было, — как то кисло соглашается Андрюша.
— Может попробуем ещё что-нибудь, почему бы тебе скажем не позвать друга, а лучше сразу двух.

Милый поперхнулся шампанским. А я заботливо постукивая его по спинке продолжаю:
— Знаешь, есть одна кандидатура, Сережа из 85 квартиры, он так смотрит когда я прохожу мимо, думаю будет рад поучаствовать.

Глаза супруга наливаются кровью, брови сходятся, дыхание сбивается.
— Только попробуй! Прибью обоих. Никаких мужиков в нашей постели.

Это немного злит. Как сам, так экспериментирует со всякими облезлыми кошками, бледными бисексуалками. Но показать свою боль и слабость, нельзя. Только не сейчас.
— Хорошо, если ты против. Но с Норочкой,, надеюсь можно, у неё такие приятные губки и лижет она так… ну просто улёт.
— Никаких Норочек. Думаю, ты должна знать. Не спал я с ней до сегодняшнего дня! Да и не нужна она мне, я статью писал о психологии бисексуальности, поэтому проводил исследование, вот мы и познакомились.
— Чтооооо!!
— Врёшь! Журналист, ты хренов!

Ага так я ему и поверила! Кобелю лживому! Видела, какими они взглядами обменивались. Да и в рот он её трахал так, как будто не раз проделывал это. Не верю! Ни одному слову не верю… А ведь так хочется быть наивной и думать, что твой муж любит только тебя. Видимо, Андрей прочел по лицу мои сомнения и терзания. Что-то ищет в своём айпаде.
— На читай. Завтра в номере выйдет.

В самом деле журнальная статья. Пробегаю глазами строчки, а у самой закипают слёзы.
— Почему же мне ничего не сказал! Ведь я… ведь мы… Придурок!!

Не удержалась и даже стукнула его.
— Ну что-ты, милая, как я мог. Ты так рьяно принялась за дело, да и хотелось посмотреть спектакль до конца.

Шах и мат, вот блин! Это ж надо быть такой дурой… Дурой?! Ха! Может я и дура, но зато теперь точно про себя знаю — я не пень и не бревно.

После этого случая меня неудержимо потянуло на эксперименты. Не всё ж мужу проводить исследования, мне тоже хочется. Чего мы только не перепробовали с ним. Различные ролевые игры: я была горничной, медсестрой, строгой учительницей и нерадивой ученицей, майором полиции и даже проституткой. Когда мой муж видел меня в очередном костюме, его лицо вытягивалось и на нём появлялось страдальческое выражение. Актер из него никудышный, если честно. Также мы обследовали всю нашу квартиру в поисках идеального места для совокупления: пол во всех комнатах, диван, стол, стиральная машина. Один раз я даже затащила его в шкаф, трахаться среди вещей было неудобно, но зато очень смешно и возбуждающе, все ощущения из-за тесноты и темноты обострялись. На следующий День рождения я подарила ему наручники, плетку и кляп. Раскрепостилась вовсю, когда привязанную к батарее с кляпом во рту он миленько отстегал меня по аппетитной попке, а потом трахнул во все дырочки.

Дала передохнуть лишь капельку, а затем сама отстегала его по заднице, заставив вылизывать мою девочку. Фемдом ведь тоже надо попробовать! Еще мне неудержимо захотелось секса в различных необычных местах, особенно в людных. Началось всё с нашего балкона, не самое людное место конечно, но если учесть, что он выходит во двор, а день жаркий, и поэтому окна настежь… В общем, я конечно старалась не сильно орать, но, кажется, плохо старалась. Сосед, до того смотревший только со значением, теперь, видя меня, похабно улыбается и облизывается, будто кот перед миской сметаны. Кажется, муж его люто ненавидит. Потом мне захотелось больше, точнее дальше от дома: секс в подъезде, секс в воде на пляже, секс на природе, секс в примерочной кабинке. Гм… там было очень смешно, девочка продавщица зашла в неподходящий момент. Никогда не видела, чтобы люди так краснели. Муж больше ни ногой в этот магазин, а я наглая, заглянула. Теперь там появилась табличка, что в примерочные кабинки разрешается заходить только по одному. ЭХ жаль!

Да! На других женщин мужа как-то совсем не тянет, ведь сейчас он очень обеспокоен тем, чтобы я не начала проводить эксперименты с участием соседа или еще кого-нибудь. Может быть, мне тоже статью написать, скажем, на тему «Как не быть бревном в супружеской постели». А что, экспериментального материала достаточно накопилось, да что там статья, пожалуй, и на книгу хватит.