Жив був соби казак, у его була жинка и еще був сын Грицько. Грицько ходыв в степу за вивцями. От дид с бабою змовляються: — Стара! Треба нам Грицька оженить. — Як женить, так женить! — послали воны за Грицьком. Приходе наймит, да и каже: — Здоров був, паноче! Батько звилив тоби иты до господив.
В некотором царстве жил-был дворянин, у него была дочь — красавица. Пошла она как-то погулять, а лакей идет за ней позади, да думает: — Экая ловкая штука! Ничего б, кажись, не желал в свете, только б отработать ее хоть один разок, тогда б и помирать не страшно было! Думал, думал, не вытерпел и сказал потихоньку:
Волны накатываются на пустынный пляж и оставляют на песке клочья желто-белой пены. Трудно поверить, но еще совсем недавно этот безлюдный пляж был наполнен звуками беззаботной жизни. Октябрь с его холодными, сырыми ветрами прогнал последних отдыхающих прочь от штормящего Балтийского моря. Уже давно закрылись пестрые зонты летних кафе и лишь ветер гоняет обрывки афиш по опустевшим
Это было уже в Москве, у нее в квартире. Как обычно, студенческая вечеринка много водки и сигарет. Сашка все время кружила вокруг меня и стремилась начать разговор. Я ничуть не возражал — пусть помучается. Да и водки было еще маловато выпито. Но рано или поздно, а член начинает требовать разрядки. Раньше бы я начал сам
Разговорились про меж себя две девки. — Как ты — а я, девушка, замуж не пойду! — А что за неволя идти-то! Ведь мы не господские. — А видала ль, девушка, тот струмент, каким нас пробуют? — Видала. — Ну что же — толст? — Ах, девушка, право, у другого толщиною будет с руку. —
Жили-были два купца, оба женатые, и жили они промеж себя дружно и любовно. Вот один купец и говорит: — Послушай, брат, давай сделаем пробу, чья жена лучше мужа любит. — Давай, да как пробу-то сделать? — А вот как: соберемся-ка да поедем на Макарьевскую ярмарку, и которая жена пуще станет плакать, та больше и мужа
На родительской кровати передо мной лежала на спине подруга моей мамы. Ее запястья надежно приковывали к спинке кровати блестящие наручники, голые загорелые ноги были широко раздвинуты и слегка согнуты в коленях, привязанные веревками к противоположной спинке… Подругу моей мамы звали Инга Владиленовна. Первый раз это имя я услышал в детстве, когда мне было лет семь,
Был-жил мужик, у него была дочь. Говорит она отцу: — Батюшка, Ванька просил у меня поеть. — Э, дурная! Зачем давать чужому, мы и сами пое…ем! Взял гвоздь, разжег в печи и прямо ей в пи…ду и вляпал, так что она три месяца ссать не могла! А Ванька повстречал эту девку да опять начал просить:
Была-жила молодая барыня, много перебывало у нее лакеев, и все казались ей похабными, и она прогоняла их от себя. Вот один молодец и сказал: — Дай-ка я пойду, к ней наймусь! Пришел наниматься. — Смотри, голубчик, — говорит барыня, — я не пожалею денег, только с тем условием, чтоб ты не говорил ничего похабного! —
Глава 1Родители Игоря уехали, оставив его на выходные с его тетей, Алиной. Это был мальчик 15 лет худощавого телосложения. У него были такие же карие глаза как у его отца, темные волосы, и немного курносый нос. Его тёте недавно исполнилось 35. Хотя она уже и не выглядела как молоденькая студентка, но она все равно была
Жил-был мужик, у него была жена, дочь да два сына — еще малые ребята. Раз пошла мать с детьми в баню, посбирала черное белье и начала стирать его, стоя над корытом, а к мальчикам-то повернулась жопою. Вот они смотрят да смеются: — Эх, Андрюшка! Посмотри-ка, ведь у матушки две пи…ды. — Что ты врешь? Это
В одной деревне жил веселый старик. У него было две дочери — хорошие девицы. Знали их подруги, и привычны были к ним на поседки сходиться. А старичок сам был до девок лаком, завсегда по ночам, как только они уснут, так и полезет щупать, и какой подол не заворотит, ту и отработает; а девка все молчит,
Натали вышла из кабинета, и, прикрыв за собой дверь спустилась вниз. Машина, заляпанная осенней грязью одиноко стояла на стоянке. Все уже разошлись… Она подняла голову. Здание, с темными провалами окон, казалось огромным уснувшим гигантом. Ветер трепал её волосы, и запах мокрой листвы не оставлял сомнений — осень вступила в свои права. Вот ещё один ,