Час пик

Как же я ненавижу вставать рано утром. Черт бы подрал эту учебу. Какой смысл ехать в такую рань учится, если мозг продолжает спать?
А сегодня, вдобавок ко всему, надо ехать еще раньше, чем обычно – преддипломная консультация. Нельзя опаздывать, а вчера так поздно лег.
Звон будильника вырывает из сна. Две недели воздержания внесли корректировки в мои сновидения. Их тематика зациклилась на удовлетворении потребности в размножении, поэтому утренний стояк вошел в привычный уклад жизни.
Позавтракать я не успеваю, ибо решил потратить свои десять минуток запаса на домысливание сюжета сна. Хорошо, что я живу один, а то идти в сторону ванной с широко оттопыренными трусами было бы не очень эстетично.
Наскоро побрился, почистил зубы, сходил в туалет, одел новое нижнее бельё. Подошел к окну, взглянул. Ночью был дождь. Видимо на улице весьма прохладно. Время поджимает, включать телик или компьютер, ради прогноза погоды было не целесообразно, поэтому я решил одеться потеплее: толстые джинсы серого цвета и теплая куртка пиджак должны были компенсировать мою маленькую жировую прослойку и спасти от обморожения.
По пути к метро я успел переоценить ценности, оказалось, что не только зонт и куртка были лишними, явно стоило одеть штанишки полегче, посветлее. Но возвращаться времени уже не было, и так пришлось идти быстрым шагом. Повесив зонт на запястье, куртку взяв в другую руку, я поспешил в метро. Придя на станцию, я ужаснулся: даже в привычные 8.30 утра столько народу не собирается на перроне. По хорошему следовало бы пропустить пару составов и получить возможность забираться в вагон без боя, но времени на это не оставалось.
Удачный выбор позиции позволил войти в вагон одному из первых, однако маневрировать в самом вагоне не позволили ранее вошедшие. Меня припечатало к дальней двери. Пространство было немного, но в идеале я даже мог бы попробовать достать книгу из наплечной сумки и почитать во время поездки. Именно этим я и попытался заняться.
Правая рука, с болтающимся на ней зонтике, была опущена вдоль тела, левая держала на уровне головы открытую книгу. На изгибе левой руки висела куртка. Не успел я прочесть и 2-ух страниц, как мы подъехали к следующей остановке. Новая волна пассажиров хлынула в вагон. Я был обездвижен. Спина плотно упиралась в дверь, которой на моей ветке ни суждено открываться по пути следования, левая рука зависла на уровне головы, а правая оказалась зажата людьми.
Поезд отправился дальше. Я дочитал до конца разворота, но перевернуть страницу я не мог. Вторая рука не могла пошевелиться. Более того, зонтик стал сползать с запястья. Не обращая внимания на тела, в которые упирался, я попробовал движением пальцев остановить сползание зонта. Я так увлекся фиксацией зонта, что не обратил внимания, на очередную остановку, новый поток еще сильнее вдавил меня в стену, а в правую руку вложил чью-то попу. Практически получилось, что я держал кого-то, искренне надеясь, что не парня, за ягодицу.
Рывок, пассажиры вместе с вагоном наклоняются в сторону, а зонтик делает гигантский скачек по кисти. По сути, он уже висит на оттопыренном большом пальце кисти, упертой в левую ягодицу. Делать нечего, надо выручать зонт, такой дорогой, как по цене, так и по воспоминаниям, связанным с ним. Сокращениями кисти пытаюсь поднять петельку, держащую на руке зонт поближе к запястью, на деле же получается больше, что я поглаживаю попу. И что самое удивительное, попа начинает двигаться в так, позволяя добраться от ягодицы до центра попы.
До сего момента я не обращал внимания на то, во что уперта моя рука. Теперь же все 6 чувств тела перешли в руку и начали сканировать поверхность. Упругая попка, завернутая в нежную, обтягивающую материю. Я сознательно начинаю поглаживать попу. На инстинктивном уровне, я уже понимаю, что такая попа может быть только у девушке. Начинаю искать голову этой попы. Низенькая женщина среднего возраста, мужчина в кепке, смотрю правее… Бинго! Вот она. Блондиночка, стоящая спиной ко мне. Лица не видно, но зато от нее идет запах. Как я мог раньше его не заметить? Не строгий channel, а дерзкий, резкий и в тоже время очень нежный аромат.
Содержимое моих джинсов набухло, рука осмелела. В ходе исследования-поглаживания выяснилось, что на ней трусиков. Черт подери. Мой член окончательно встал. Терпеть сил не было, и я ринулся указательным пальчиком в центр ее попы. Даже через материю я почувствовал прикосновение к чему-то теплому и мягкому. Я надавил, пальчик охотно вогнал часть штанишек, вместе с моим пальчиком блондиночки в дырочку. На секунду она замерла, а потом резко дернулась. Я понял, ч

что тут кругом незнакомые люди. Достать и положить на него ее руку, сверху положить свою и показать, как надо мастурбировать, чтобы доставить максимум удовольствия, что надо сильно сжимать член чуть ниже головки, чтобы во время движения крайняя плоть раз за разом покрывала головку.
Я не мог контролировать себя и запустил ей в вагину по фаланге от указательного и среднего пальца. На это она ответила еще более тесным объятием моего члена и яичек. Как же я жалел, что на мне такие грубые джинсы, а не, скажем, шелковые брюки. Вот тогда бы она смогла по достоинству оценить габариты моего члена. А это ее заинтересовало, так как она потянулась к ширинке, попыталась ее расстегнуть, не получилось. Еще попытка, пожилая женщина средних лет недовольно оглянулась на меня. Я отвел взгляд, посмотрел еще раз на нее. Она по прежнему стояла ко мне спиной, и я видел лишь ее шевелюру.
Ширинка ей так и не поддалась, ее рука поползла вверх. К поясу штанов. Я, желая упростить ей задачу, еще ниже приспустился в коленях, и еще глубже проник в нее пальчиками. Эластичная материя штанишек натянулась, и дальше пускать меня не намеривалась. Брюки блондинки и так достаточно прилично были заправлены ей во влагалище. Член мой стоял, будто бы впервые попался в руки девственницы, которую ты хотел трахнуть уже несколько лет, и которая в ближайшее время обязательно направит его к себе в рот.
Пальчики выскользнули из ее дырочки. Мокрые. Пахнущие ей. Она бесстыже обмочила всю промежность выделениями из влагалища. Я провел рукой еще дальше, в направлении лобка, подогнутые калении это позволили. Тем временем ее рука попыталась забраться мне в штаны через верх, однако ремень оказался слишком тугим. Пролезли лишь кончики пальцев. Потормошили мои по летнему постриженные волосы на лобке. Я коснулся ее клитора. Я видимо сорвал банк. Ее тело дрогнуло, с моей руки соскочил зонт. Но это уже было неважно.
В вагоне стало свободнее, ее рука быстро проследовала обратно на мои член, схватила его и стала водить вверх и вниз. На секунду я вернулся в реальность, и увидел, что поезд стоит на нужной мне станции. Да катись оно все пропадом, если я брошу эту девушку. Плевать на все, еду с ней хоть на край света. Двери закрылись, поезд поехал дальше. Наш мастурбационный марафон продолжился. Она …надрачивала мои член, находящийся из-за штанов и трусов в позе эмбриона, а я гладил ее промежность и заталкивал все больше и больше материи ей в влагалище.
Секунды отделяли меня от того, чтобы кончить. Я закатил, а затем и вовсе закрыл глаза. Вот-вот. Еще секунда. Тут я ощущаю, что ее рука пропала с моего члена. Открываю глаза, вижу, что блондинка направляется к выходу. Мы стоим на перроне. Моя рука еще несколько секунд держит ее за попу, а потом попа удаляется на недосягаемое расстояние. Я замечаю, что зонтик упал. Ищу его глазами, вот он, в ногах пассажиров, нагибаюсь, подбираю его. Пробираюсь к выходу, через поток свежевходящих.
Вот я на свободе. Кругом толпы людей, снующих туда и сюда. Но где же моя королева? На этой станции 2 перехода и 2 выхода в город, она может пойти куда угодно. Я бросаюсь из одной части станции в другую. Ее нигде нет. Расстроенный смотрю на часы, опаздываю уже более чем на 10 минут. Взгляд переходит с циферблата на пальцы. Я подношу пальцы правой руки к носу. Они всё еще пахнут ей. В моих трусах вновь набухает член, на этот раз ему не нужно поглаживания, как только он встает полностью, сразу начинаются сокращения, и я кончаю себе в трусы.
Эта секунда настоящего экстаза, и совсем неважно, что даже сквозь толстые серые штаны у меня проступает маленькое пятнышко спермы.