Школа после бани

Компания школьников подошла к "Храму знаний", в котором уже несколько лет не проводилось даже косметического ремонта, за сорок минут до начала уроков. На дворе стоял великолепный солнечный день. Мальчишки отделились от своих подруг и присоединились к каким-то ребятам, гоняющим мяч на футбольном поле. Маша прошла в фойе школы и принялась повторять домашнее задание, а две Лены последовали за пацанами, чтобы скоротать время, а заодно и поболеть за них до начала уроков. Девочки расположились на скамейке у футбольного поля, на которой валялись штаны и рубашки, очевидно принадлежавшие игрокам. Наблюдающим было видно, что удобнее играть в футбол было Руслану, так как его шорты были самыми короткими. Игорю достаточно было минут пятнадцати бега по площадке, чтобы вспотеть, испачкать в пыли свои брюки и пожалеть о том, что начал в них играть в футбол. Он отошел на минуту к скамейке и, подмигнув своей подруге, снял брюки и положил их на скамейку рядом с девочками.
Широкие белые трусы вполне могли сойти за спортивные, хотя таковыми не являлись. Главное удобно — теперь передвигаться по полю ему было намного проще. Лена не без интереса еще раз оценила, как красиво выделяются мышцы на теле ее приятеля. Движения его были легкими в их четкости. Несколько раз он с силой точно ударял по мячу прямой, как копье, ногой, демонстрируя растяжку. Удары приходились почти на уровне лица так, как будто он играл не в футбол, а занимался в зале своим каратэ. Придирчивый футбольный судья мог бы присудить за такие удары ни один штрафной. Во время ударов, от которых другие мальчишки в страхе уклонялись, Лена замечала то, что было между ног Игоря, благо широкие трусы давали такую возможность. Ей казалось, что эти удары были предназначены специально для нее. Сане в его шортах играть тоже было не очень удобно, но он, видимо, напрягаться не собирался, поэтому поменялся с каким-то мальчишкой, и встал на ворота. Так время подошло к началу занятий.
Лена с Игорем поднялись на третий этаж в кабинет биологии, а их младшие друзья прошли в дальнее крыло школы, где располагался кабинет математики, окнами выходящий как раз на футбольное поле. Урок геометрии в 7 "В" уже начался, когда трое друзей вошли в класс. Ирина Сергеевна по прозвищу Матильда гневно глянула на опоздавших, но ничего им не сказала, выдержала паузу, пока они не расселись по своим местам, и продолжила начатую мысль, обращаясь ко всему классу…
— Так вот, многие из вас бездельничали весь год. Не думайте, что вам в последнюю неделю удастся исправить отметки.
Вот ты, Авдеев, например, мало что плохо учишься, еще и опаздываешь на уроки. Мог бы пример взять со своей сестры Лены — такая прилежная девочка, — обратилась она к Руслану, вынимающему из школьного рюкзака тетради и книжки.
— Я беру с нее пример, — буркнул он, вспомнив утренний коллективный поход в баню.
— Так, давай-ка умник, иди отвечай к доске. Мы, пока вы на поле в футбол играли, здесь занятие факультатива проводили и разбирали экзаменационные билеты. Как раз для таких как ты, я свое время трачу до уроков… — восприняв его фразу как попытку огрызнуться, надула щеки Матильда.
Времени учить геометрию у Руслана, постигающего азы взрослой жизни в последние два дня, естественно, не было, поэтому он молча встал и пошел к доске в ожидании очередной двойки.
— Свиридова, ты передавала Авдееву, как я тебя просила, что я факультатив по средам до уроков буду вести? — спросила она Машу.
— Нет, Ирина Сергеевна, я забыла, — покраснела Маша от того, что по ее забывчивости теперь пострадает Руслан.
— Ладно, Авдеев, ты все равно не готов… Нечего наше время тянуть… Иди на место. А ты, Свиридова, что ж так приятеля своего подводишь? Если поругались с ним, теперь пусть геометрию пропускает, да? — сжалилась Матильда.
— Да нет же, я действительно забыла… — оправдывалась девочка, удивляясь тому, откуда Матильда узнала, что они накануне поругались с Русланом. "Зато она не знает, что мы уже помирились. Да еще как помирились…", — девочка мысленно ощутила свое превосходство над отставшей от жизни женщиной.
— Ладно хватит… Всем, кто не знал, еще раз объявляю, что каждую среду, начиная с сегодняшнего дня, до уроков я провожу факультатив, где мы разбираем билеты к экзаменам. Сегодня мы разбирали с 1 по 15 вопросы. Кто сегодня отсутствовал, возьмите конспекты у товарищей и подготовьте к следующему разу с 16 по 30 вопросы. Урок прошел без событий, Матильда в отличии от романтичной исторички расслабляться не давала. Следующим уроком шла алгебра в том же кабинете, насыщенном едким запахом духов латвийской фирмы "Дзинтарс". Они остались еще, очевидно, в коллекции учительницы от прежних учеников, щедрых на подарки к 8 марта, со времен, когда Латвия была частью СССР. Руслан терпеть не мог запах, считавшихся когда-то модными духов, поэтому, когда Матильда дефилировала по рядам, проверяя как решают задачи ее ученики, он затыкал нос, что не ускользнуло от опытного взгляда педагога. Жест Руслана, увлеченного решением задач и невольно подносящего руку к носу в момент ее приближения, начал смущать Матильду. Она присела к себе за стол и задумалась, что заставляет этого симпатичного мальчишку невольно морщиться от ее приближения. Если бы она была за мужем, наверное, и не обратила бы внимания на этот его жест. А сейчас этот юнец своей реакцией выражал ей мнение мужской половины человечества, казалось, забывшей о ее существовании. "Может быть, я вспотела, когда торопилась на факультатив?" — пришло ей на ум, от чего она, окинув класс беглым взглядом и убедившись, что все увлечены заданием, склонила слегка голову и принюхалась к своим подмышкам. "Да нет, вроде не пахнет" — немного успокоила она себя. "Как я себя распустила… Совсем от былой фигуры ничего не осталось", — перескочила она на другую мысль… "Вот поэтому заслуженно и приклеилась ко мне эта кличка… МАТИЛЬДА! Как в мультфильме про Карлсона". От этих мыслей ей стало себя жалко до слез. Чтобы отвлечься от мрачных мыслей она принялась рассматривать увлеченных детей… Матильде нравилась работа учителя, и она любила детей, поэтому, когда ей становилось грустно, она всегда всматривалась в их эмоциональные мордашки и полные жизненной энергии фигурки…
"Вот Козлов списывает у рыжего сосредоточенного Овчинникова. А Барыкин опять пришел в своих рэперских шортах, еще бы прическу как у Дэтсела сделал — был бы его полная копия. Лена, вроде как, повзрослела… Как уверенно она себя ведет. Раньше я этого не замечала… А Руслан, ведь толковый мальчишка, но ленивый… Как заставить его учиться? Может дружба с Машей положительно скажется? Ах Маша, когда-то и я на тебя была похожа, такая же прилежная. Какие ножки стройные, не зря Руслану ты нравишься. Вот молодец, что не стесняешься в короткой юбочке ходить… Стоп… Ты что это… Ну-ка, ну-ка… Ты что без трусиков что ли… Точно, вот опять щелка открылась… Вот бесстыдница шаловливая… А я без трусиков только в институте стала ходить. Да детки, взрослеете вы сейчас не в пример нам" Тут прозвенел звонок.
Маша с Русланом вслед за остальным классом вышли на перемену. Руслан вынул из рюкзака клубнику и спросил… "Хочешь?". Девочка утвердительно кивнула. "Пойдем на наше место?" — спросил он. В школе была лестница, вход с которой на третий этаж был закрыт, вот туда и проследовали друзья. Пока они дошли до другого крыла, прозвенел звонок, поэтому коридоры опустели, и наступила тишина. "На ОБЖ можно опоздать," — сказал Руслан, вкладывая крупную клубнику себе в рот и привлекая Машу для поцелуя. Она молча повиновалась,… и в поцелуе они вдвоем съели клубнику, раздавив ее языками. Пока целовались, Руслан вновь дал своим рукам волю, лаская Машину киску. Девочка тоже не вынимала рук из шортов Руслана. Вскоре подростки не на шутку разогрелись… Маша, развернувшись спиной к Руслану, нагнулась и оперлась на перила. Догадливый мальчик полностью расстегнул ширинку так, что шорты упали на пол. Трусы после бани он не надел, поэтому еще несколько секунд было сэкономлено, чтобы быстро войти во влажную щель. В тишине лестничного марша несколько минут раздавались приглушенные стоны подростков. Руслан быстро кончил, чего нельзя было сказать про Машу, но она, оправив юбочку и поцеловав его в губы, сама потянула его за руку на урок. Руслан, на ходу натягивая шорты, последовал за ней.
Когда они удалились, из-за картонных коробок, стоявших в углу лестничной площадки вышла Матильда. Лестница обычно пустовала, поэтому Матильда иногда уединялась сюда, чтобы перекурить в тайне от любопытных учеников и педагогического коллектива. В этот раз не успела она прикурить, как услышала приближающихся Руслана и Машу и затаилась за коробками. Проводив взглядом тропящихся на ОБЖ учеников, Матильда поняла, что она едва дышала, ее сердце колотилось от необыкновенного возбуждения. Она чувствовала, что еще немного и ее трусы не в состоянии будут больше впитывать влагу, истекающую из возбужденного влагалища. Выглядывая из-за коробок, она наблюдала всю сцену с начала до конца. До сих пор белые мускулистые ягодицы Руслана были перед ее глазами. Дрожащими руками она закурила сигарету и присела на ступеньку лестницы, широко раздвинув ноги. "Господи, сколько я буду еще мучиться без мужика?" — едва успела подумать она, как вновь услышала чьи-то приближающиеся шаги. Привстав, она глянула через перила и узнала знакомую макушку Козлова, который только что вытащил сигарету и приостановился, чтобы прикурить. Когда сигарета задымилась он продолжил подниматься вверх. Матильда отошла от перил, скрылась за своим картонным убежищем и подождала, пока мальчик поднимется на площадку. Когда он поднялся, она резко вышла из-за коробки… "Так, Козлов, а почему мы не на ОБЖ? Прогуливаем?" &qu

за, глазам математички предстал худощавый подросток с довольно сформировавшимся мужским достоинством. На лобке намечался легкий пушок, по которому Матильда уже нежно водила правой рукой, в то время как пальцы левой руки исследовали само достоинство на предмет твердости. "Не бойся, я тебя не обижу. Закрой глаза, малыш", — ласково сказала она и, спустившись на пару ступенек, обхватила член подростка губами. Козлов, наконец, выходя из оцепенения и догадываясь, что происходит, расслабился и повиновался. От этого член начал отвердевать насколько могла позволить его физиология. Матильда увлеченно сосала сладкую конфетку своего подшефного, наблюдающего за учительницей сверху и слегка подмахивающего в такт ее движений. Поняв, что мальчишка уже серьезно разогрелся, учительница стянула с себя трусы и задрав высоко юбку, повернулась к нему задницей, точно так же, как несколько минут назад это сделала Маша… "Давай, малыш, трахни тетю Иру как настоящий мужик!" Козлова уговаривать было не нужно. Для подростка, давно мечтающего о сексе, это было раз плюнуть. Он принялся тыкать в промежность учительницы, тщетно пытаясь повторить сцены порнофильмов. Его тщетные попытки были скорректированы опытной рукой педагога, которая направила его упругий инструмент в свою влажную голодную дырку. Козлов погрузился во влагалище математички и, закрыв глаза, попытался ощутить всю прелесть женской тайны. А тайна была хоть и глубокой, но все же благодарно обхватывала сокровище подростка теплом и влагой. Козлов начал быстро, но ритмично, аккуратно подбирая такт, массировать влагалище Матильды своим девственным членом, от чего та начала постанывать. Подросток трахая педагога, торжествовал… "Я ебу! Да еще кого! Саму Матильду! А пизденка-то у нее ничего… Классная. Вот теперь можно понять, почему ее так назвали — КЛАССНАЯ РУКОВОДИТЕЛЬ" Козлов вскоре почувствовал, что вот-вот кончит, ему стоило чуть прибавить темп, чтобы излить в математичку тонну молодой спермы. Кончая, он громко застонал, что немного испугало Матильду. И не зря. Снизу перегнувшаяся через перила Матильда увидела удивленное лицо уборщицы Матрены Степановны, которая с любопытством смотрела вверх, не понимая, что может происходить на площадке тупикового третьего этажа. "Матрена Степановна, попросите, пожалуйста, еще одного мальчика из 7 "В" к нам в помощь. Класс сейчас в кабинете ОБЖ. Мы с Козловым пытаемся тут тумбочку сдвинуть. Директор приказал убрать ее в мой кабинет", — нашлась опытная училка, как подавить любопытство уборщицы. "Ну ты даешь Ирина. Какая ты находчивая…" — нагло переходя на "ты", похвалил свою партнершу Козлов, когда шагов удаляющейся уборщицы уже не было слышно. "Теперь придется тумбу тащить" -надевая трусики, посетовала Матильда. Козлов одеваться не торопился. Он присел на ступеньку голой задницей, только теперь поняв, что сигарета выгорела, а между пальцев он зажимает один фильтр. Он стрельнул его щелчком, привстал и принялся натягивать трусы и брюки. "Хочешь, мы у меня в кабинете продолжим?" — не скрывая похоти и неудовлетворенности, спросила Матильда. "Давайте, если вы меня от ОБЖ отмажете…" — опять переходя на "Вы", ответил Козлов. "Нет, Козлов, пользоваться ситуацией я тебе не дам. Это будет не педагогично с моей стороны. Отмазывайся сам…" — неожиданно жестко ответила она. "Вот те на… А педагогично…", — опешил Козлов, пытаясь упрекнуть ее в собственном разврате, но потом передумал. В конце концов, ему же тоже было приятно. Внизу послышались шаги. Вскоре в проеме лестницы показались Руслан и Саня.
— Мальчики помогите нам, пожалуйста. Я думала, мы с Козловым вдвоем справимся. Но нам нужна еще и ваша мужская сила, — попросила Матильда.
— Конечно Ирина Сергеевна, — сказал Руслан, бегло глянув на бросающуюся в глаза ширинку Козлова, из которой торчал уголок белой рубашки небрежно заправленной в брюки, а от того теперь зажатый застегнутой молнией. Когда они с Саней подняли тумбочку, то стало еще более не понятно, зачем понадобилась их помощь, так как тумбочка была очень легкой. Так они донесли тумбочку до кабинета. Козлов с Матильдой просто следовали за ними. Когда все оказались в кабинете, Матильда объявила… "Спасибо, всем натягиваю четверки и освобождаю от экзаменов". Лица подростков вытянулись от удивления. "Она, наверное шутит," — вглядываясь в лицо математички, подумал Руслан.
— Но при одном условии… Мальчики вы все уже взрослые… Короче скажу прямо. Я давно уже не замужем и мужчина для меня дефицит. Ну изголодалась я, ребята. Да, фигура у меня отвратительная… Но вы ребята молодые, энергии у вас много. Девать ее куда-то надо… Вот я и предлагаю себя, — закончила она вступительную речь.
— Да, что Вы, Ирина Сергеевна… Вы очень симпатичная женщина… — попытался сделать комплимент Руслан.
— …Ты что, выходит отказываешь?
— Нет, я… У меня девушка есть… Я не могу…
— Да ты что Руслик? Это же не измена, это просьба классного руководителя. У меня тоже девчонка есть, — серьезно обратился к Руслану Саня.
— Пацаны времени до конца урока остается мало. Или присоединяйтесь, или пиздуйте отсюда к своим девчонкам, — вступил в разговор Козлов, нагло в присутствии учительницы выражаясь матом.
— Я остаюсь, — сказал Саня.
— Простите, Ирина Сергеевна, но можно я пойду, — принял окончательное решение Руслан.
— Иди Русланчик, я не обижусь.
Когда Руслан вышел из класса, Матильда заперла дверь и попросила Саню встать на учительский стол. Саня достаточно быстро проделал несложный маневр. Матильда подошла к мальчику и расстегнула ширинку его рэперских шортов. Саня наблюдал за происходящим сверху широко расставив ноги. В таком положении его ширинка была ровно на уровне лица учительницы. Интерьер класса с горшочками цветов и портретами известных математиков на стенах производил на него сейчас совершенно иное впечатление, чем во время ненавистных уроков алгебры и геометрии. Матильда, выудив из штанов его штуковину, с жадностью приложилась к ней губами. Да, она явно соскучилась по мужскому началу… Она сосала страстно, с жадностью проглатывая слюну. Так поглощают пищу очень голодные люди. Ее руки торопливо исследовали Санькину попку, приспуская его шорты все ниже и ниже, пока они полностью не оказались у его ног. Саня, закрыв глаза на какое-то время, едва не потерял равновесие, после чего он решил присесть на стол. Матильда взяла паузу пока Саня менял положение. Все это время Козлов сидел на соседней парте и с ухмылкой наблюдал за происходящим. Ему было забавно и интересно со стороны наблюдать за строгой учительницей, проделывающей такое с его одноклассником. Когда Саня принял полулежащее положение на столе с широко раздвинутыми ногами, Матильда, согнувшись, продолжила начатое дело. Никто не обратил внимания, что шорты мальчика упали на пол. Вскоре Матильда сильно возбудилась и, продолжая сосать Санин член, приспустила свои трусики, задрав подол платья. Глазам Козлова открылась огромное зияющее отверстие, блестящее от обильной влаги. Мальчика не нужно было о чем-то дополнительно просить, он понял этот жест правильно.
Он привстал с парты и скинув штаны пристроился сзади Матильды. Когда он ввел инструмент и начал ритмичные движения, Матильда застонала, еще глубже проглатывая Санину штуковину. Саня не мог больше терпеть и извергнул в рот учительницы огромную порцию мальчишеского семени, которую та с удовольствием приняла несколькими глотками. Козлов, видимо, набравшись опыта на лестнице, теперь уверенно и с силой двигал своим поршнем во влагалище Матильды. Вскоре от этого Матильду затрясло, и она явно достигла оргазма. Учительница, безвольно опершись локтями на стол, ждала, когда кончит Козлов.
Еще пара толчков и Козлов запищал еще не сформировавшимся юношеским басом… "Ой, ой, ой… Как здорово, Матильдочка…" Матильда почувствовала, как теплая сперма мальчика наполнила ее влагалище. Когда Козлов вынул член, Матильда села на свой стул и громко, но устало произнесла… "Спасибо, мальчики. Мне было так хорошо, как никогда. Вы настоящие джентльмены. Одевайтесь, скоро конец урока." Одевшись и попрощавшись, они вышли. Расслабленная Матильда осталась в классе, едва найдя в себе силы, чтобы надеть, валявшиеся на полу трусики. "Скоро вся школа будет об этом говорить", — пронеслось в ее голове. "Ну и плевать, доказательств, все равно, нет", — успокоила она себя, еще не догадываясь, что через девять месяцев у нее тридцатилетней женщины от ее ученика родится маленький Козлов. Сам Козлов-старший к этому времени будет заканчивать 8 класс, посещая физкультуру в тех же рваных трусах, даже не подозревая, почему математичка после декретного отпуска перешла работать в другую школу.